Вурдалак

– Рассказывай, зачем пришла? – голос сидящей передо мной старухи был низким и хриплым.

Она смотрела подслеповатыми глазами мне в лицо, и, казалось, видела насквозь мою душу со всеми ее изъянами и темными углами. Я невольно покраснела, и сцепила руки, лежащие на коленях, в замок.

– Не бойся, я тебя не съем, – снова прохрипела старуха и скривила в улыбке губы, жирно накрашенные алой помадой.

Она слегка встряхнула головой, и я вздрогнула от резкого звука медных монист, надетых на ее шею и руки. Не знаю, почему я вдруг так растерялась. Обычно, я всегда уверена в себе и умею поддержать беседу. Но маленькая, темная квартирка, пропахшая табачным дымом, окно, занавешенное цветными тряпками и сам вид слепой колдуньи, ярко накрашенной и одетой в черное платье до пят, – все это ввело меня в ступор.

Я решила не ходить вокруг да около, а выложить суть своей проблемы сразу.

– Мне не не везет в любви, – я взглянула на старуху, но на лице ее не отразилось ни одной эмоции от моих слов, – я не дурна собой, не имею вредных привычек, успешно строю карьеру, веду активный образ жизни. А вот с мужчинами мне не везет. Не то, чтобы их нет… Они есть, но с кем бы я ни познакомилась, мне никто не нравится настолько, чтобы потерять голову от любви. Ищу. ищу, и не нахожу. Мне уже кажется, что я какая-то… не такая. Может, на мне порча? Или как там это у вас называется…

У меня задрожала нижняя губ, а на глаза навернулись слезы. Я, действительно, была на грани нервного срыва. Буквально вчера меня бросил очередной парень, а точнее я сама довела его до этого решения. Мы встречались с ним три месяца, в начале все было прекрасно, но в один день его словно подменили. И меня начало раздражать в нем все – от звука голоса до походки. В конце концов, я не выдержала и высказала ему все, что о нем думаю. В итоге он ушел.

А сколько таких было до него? Я уже сбилась со счета. Ни один из них не заставил меня трепетать от переполняющих сердце чувств. Узнавая о том, что очередная моя подруга выходит замуж, я пила вино в одиночестве и горько плакала в своей холодной постели.

– Мужика хорошего, говоришь, не можешь найти? – старуха засмеялась, и звук ее лающего смеха, больше похожего на надсадный кашель, обидой отозвался в моей груди.

– Да. Мне двадцать семь лет, и я устала от одиночества, – ответила я, – вы можете чем-то помочь? Я заплачу, у меня есть деньги.

Я достала из сумочки пять тысяч рублей и положила их на стол. Старуха изменилась в лице, губы ее скривились, отчего лицо ее стало почти страшным.

– Дурная человеческая привычка – все измерять в деньгах. Убери их со стола, иначе я ничего не смогу сделать для тебя, – сказала она, – Деньги ослепляют. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я…

Быстро сунув купюру обратно в сумочку, я тяжело вздохнула. Внезапно мой приход сюда показался огромной глупостью. Я ведь никогда не верила в существование подобных ведьм, считала их шарлатанками. Адрес ведьмы Авроры я узнала совершенно случайно – увидела под дверью клочок бумаги с объявлением о снятии порчи и привороте любимого, написанным от руки. Видимо, кто-то из соседей случайно обронил. Сейчас эти мысли отрезвили меня. Пожалуй, мне пора сходить к психологу. Поднявшись со стула, я тихо сказала:

– Извините за беспокойство, Аврора, я, пожалуй, пойду.

– Сядь! – вдруг властно сказала старуха и подняла на меня полуслепые глаза, подернутые белой пеленой.

Я послушно опустилась на стул.

– Дай мне свои руки.

Старуха положила на стол свои морщинистые ладони, и я неуверенно вложила в них свои руки. Она долго смотрела на них, поднесла их к лицу, а потом прижала к своей груди. Внезапно все тело ведьмы свело судорогой, она уронила голову на стол и затряслась, сжимая мои руки с такой силой, что мне стало больно. Сильно испугавшись, я закричала:

– Аврора! Аврора, что с вами? Отпустите меня, я вызову скорую!

Пытаясь высвободить руки, я стала отчаянно дергать ими, но у меня ничего не получалось – ведьма крепко вцепилась в меня. Как будто не старческие кисти сжимали мои ладони, а стальные тиски. Тогда я закричала громче, в надежде, что меня услышат соседи или прохожие на улице.

– Помогите! Помогите!

Никто не отзывался. Отчаявшись, я привстала и изо всех сил оттолкнула от себя старуху, та расцепила руки и полетела не пол. С грохотом упав на грязный пол, она неподвижно замерла. От пережитого ужаса мне захотелось скоре убежать отсюда, но страшные мысли проносились в моей голове. Вдруг старуха умерла? А если умерла, значит, я виновна в ее смерти?

На ватных ногах я подошла к неподвижно лежащему телу, присела и попыталась нащупать пульс. Бледное лицо старухи напоминало восковую маску и пугало меня неестественной белизной, глаза были открыты и бессмысленно смотрели в потолок. Рука, увешанная звенящими браслетами, была холодна на ощупь. Пульс не прощупывался. Поднявшись на ноги, я достала из кармана сотовый и дрожащими пальцами попыталась набрать номер скорой. Со второго раза у меня это получилось.