Второй шанс.

Утро. Тихое и безмятежное. Хоть час был ещё ранний, солнце уже довольно высоко поднялось над горизонтом, окрашивая воду в серебристый цвет. В свете утреннего светила водная гладь блестела, будто зеркало. Свежий ветерок и солёный запах моря умиротворял смятенную душу. София прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Давно ей не было так хорошо и спокойно. С момента, как умер Борис.

Соня винила себя в его смерти. В тот день, когда он погиб в автокатастрофе, они крепко поссорились. Если бы только она тогда сдержалась, если бы только нашла менее резкие слова, возможно сейчас они вместе стояли бы здесь, на палубе, и наслаждались этим прекрасным утром.

Так некстати вернувшиеся воспоминания вновь наполнили сердце болью. Прошло уже почти семь месяцев, но горе по-прежнему давило тяжким грузом, словно всё случилось только вчера. Она помнила в деталях тот роковой день: разговор на повышенных тонах, хлопок дверью и телефонный звонок, разделивший жизнь на «до» и «после». Мир Сони рухнул. Она всё ещё держала трубку возле уха, но уже не слышала того, что говорил безликий голос, выразивший соболезнование. Глаза закрыла мутная пелена, разум отключился, и лишь единственная мысль продолжала биться набатом в звенящей пустоте сознания: его больше нет. Она не помнила, как, увидев застывшую в оцепенении невестку, подошёл свёкор, заглянул в невидящие глаза и забрал трубку из сведённых судорогой пальцев, как выслушал то, что говорил бездушный голос, не говоря ни слова завершил вызов и впился нечитаемым взглядом в стоящую перед ним девушку. Дальше всё, как во сне: поездка в полицию, опознание, потом похороны. На кладбище она потеряла сознание. Рухнула прямо в яму, когда опустили гроб. Очнулась от резкого запаха – кто-то сунул под нос нашатырь. Перед глазами всё плыло. Как потом выдержала поминки, одному Богу известно. А дальше… Дни слились в один смазанный поток. Дни, где не было Бориса, а от неё осталась только половина.

От горестных дум отвлекли голоса. Двое матросов прошли мимо, спеша на вахту. Соня проводила их взглядом и вновь обернулась к морю. Боль понемногу отступала, оставляя после себя слабое горькое послевкусие. Всё же прав был Аристарх Севастьянович, когда настоял, что пора ей отпустить горе и начать жить дальше. Бориса не вернёшь, а она ещё слишком молода, чтобы зарывать себя живьём в могилу. Это именно он купил ей путёвку в круиз, дабы Соня могла развеяться и сбросить с себя груз прошлого, чтобы потом начать с чистого листа. Ведь в тот день она потеряла не только мужа, но и нерождённого ребёнка.

Неожиданно метрах в двухстах от корабля из воды показались и снова исчезли плавники. Дельфинья стая шла параллельно курсу круизного лайнера. Девушка улыбнулась, глядя как они резвятся. Улыбнулась впервые за долгое время, и почувствовала себя действительно живой. Только ступив на борт корабля она ощутила, что наконец освобождается от постоянной боли в груди и может расправить плечи. Именно здесь она поняла, что готова перевернуть страницу.

Палуба постепенно наполнялась людьми. Пассажиры просыпались, покидали свои каюты. Начинался новый круизный день. Соня взглянула на часы. Пора отправляться на завтрак. Ресторан, как всегда, встретил приятным мягким освещением, прохладой и услужливым персоналом. Столы уже были накрыты и манили видом аппетитных блюд. Её столик находился в самой глубине помещения, в углу. Она специально выбрала это место, закрытое от посторонних взоров. Никто не ходил мимо, нарушая уединение, не беспокоил излишним вниманием, зато весь зал был виден, как на ладони. Едва девушка присела, как тут же из ниоткуда появился официант и поинтересовался, не желает ли она чего-нибудь ещё, помимо обычного меню, на завтрак, и, получив отказ, так же незаметно исчез. Прожёвывая привычную кашу из овсяной крупы с фруктами, Соня то и дело поглядывала на входящих в ресторан посетителей. Вот пожилая пара, судя по всему, потратившая все свои накопления, чтобы осуществить мечту всей жизни. Было приятно смотреть, как мужчина бережно ухаживает за женщиной, сколько любви и нежности светится в его поблёкших старческих глазах. И она отвечает ему взаимностью, с благодарностью глядя на своего единственного. Несмотря на прожитые вместе не один десяток лет, они не утратили присущей молодости пылкости чувств. Соня всегда мечтала, что они с Борисом вот так же будут смотреть друг на друга влюблёнными глазами, даже когда станут старыми, морщинистыми и немощными.