Второй шанс. Книга 2

Вечерело. Солнце уже скрылось за высокими деревьями. В кронах шумел ветер, изредка стряхивая на землю пустые шишки.

Две фигуры в длинных плащах с капюшонами бродили среди островков седого мха и тщательно брызгали из флаконов на все вокруг.

– Готово? – спросил один из незнакомцев. И, получив в ответ согласный кивок, скомандовал: – Уходим.

Фигуры широкими шагами устремились к ближайшему дереву, взобрались почти на высоту человеческого роста и аккуратно по ветвям перебрались на соседнее. Затем на следующее… Вскоре поляна опустела.

Обед в большом зале «королевского дома» начался традиционно: все собрались подле стола, вышла королевская семья и я как почетный гость. Едва мы сели, придворные и редкие иноземные гости заняли свои места. Долгая скачка заставляла всех без стеснения поглядывать на блюда, до времени накрытые серебряными колпаками.

Я украдкой оглядел зал: старинные росписи изображали деяния Светлых, темные дубовые панели оттеняли нарядные вышитые скатерти и праздничные туалеты придворных. Общее впечатление праздничной роскоши подавляло.

Подобные приемы не были редкостью в Вадерии, но такого размаха от загородного дворца я не ожидал. Впрочем, если здесь находится часовня Светлых, значит, есть и люди, которые получают благословение и приносят дары. Так что вся эта роскошь накоплена многими поколениями и собиралась столетиями.

Вспомнив про пиры в Вадерии, я невольно сравнил торжества в своем дворце с нынешним праздником: там я обычно наблюдал за гостями, порой отмечал политически выгодные союзы, заключал сделки и настаивал на своем решении, в общем, – работал. А тут сам был объектом наблюдения.

Здесь и сейчас я ощущал лишь странное отдаление от всего того, что меня окружало. Шорохи одежд, шум дыхания и стук каблуков доносились до меня словно через зимний подшлемник.

Вот затрубили приветственные трубы, и мажордом объявил начало подачи блюд. Я очнулся и занял свое место.

На этот раз мы не шокировали общество своим появлением. Лорд Мияр, выделяясь в толпе синим вадерским мундиром, сидел среди остальных придворных согласно рангу. На противоположном конце длинного стола я с трудом различал светлые, почти белые волосы леди Иниры, уложенные в придворную прическу.

Принцесса явно заметила мое внимание к челяди, людям, сидящим на дальнем краю стола, но вела себя скромно. Сидела, уставившись взглядом в тарелку и почти не прикасаясь к еде. Кто знает, что было у нее на душе? Однако Камил был начеку, его черные глаза настороженно блестели. Когда он поворачивался ко мне, я видел, что телохранитель осторожно катает на ладони любимую игрушку – небольшой полупрозрачный шар.

Еще по дороге в часовню я принял мучительное, но ответственное решение: вручить квариллийской принцессе браслет. Она, конечно, пыталась играть в свою игру, но еще не очерствела, не утонула в интригах. Возможно, дочь Шанстреда выдержит нелегкую роль королевы.

Однако сейчас, здесь, это решение казалось мне кинжалом, остановившимся в дюйме от моего беззащитного горла. И последнее движение я собираюсь сделать сам…

Утерев платком выступившие на лбу капли пота, я незаметно задержал дыхание. Да. Так. Я все делаю правильно. Короли не женятся по любви.

Мои благие намерения сбило появление Верховного Жреца. Вообще-то Жрец появлялся на публике редко и всегда в центре знаковых событий. И я был очень удивлен, когда узнал, что он обещал приехать в ответ на приглашение Этиллии. Даже не поверил, пока невеста не прислала мне листочек недорогой бумаги, подписанный лично Верховным.

Теперь это удивление было изрядно подкреплено недоумением: неужели сами Светлые Боги решили поддержать эту свадьбу?

– О, Луноликая Силен! Помоги мне! – прошептал я, косясь на шкатулку с помолвочным браслетом.

Я вовсе не ждал ответа на свою короткую молитву, Светлые редко отзываются тем, кто не призывает их ежедневно. А я как воин чаще вспоминал Звездосветного Нау, чем его Луноликую мать. Но Прекрасноликая Силен отвечала за брачные союзы, тогда как ее дочь – Розосветная Эр покровительствовала любви. Редко кому удавалось обрести в своей жизни благословение сразу двух прекрасных богинь.

Шанстред изумленно поднял брови и дал сигнал к торжественной встрече.

Слуги, сбиваясь с ног от спешки, вновь затрубили в трубы, раскатали малиновую дорожку с золотым краем и выставили традиционные корзины со сладостями. Верховный смотрел на суету так же отстраненно, как я несколько минут назад. Казалось, он даже не видел тянущихся к нему любопытных взоров.

Едва отгремели трубы и приветственные крики, как в большом зале началось нечто невообразимое: благословленный жрецом «королевский дом» ощутимо трясся, словно старуха, разминающая уставшие кости.