Второй Грех (СИ)

Из школы они как всегда возвращались вчетвером. Выйдя из внушающих размеров школы (для такого маленького городка), они, идя домой заходили в каждый магазинчик и забегаловку, просто потому что нечем было заняться. Этих ребят звали: Чарльз Ньюсом, Джозеф Соммер, Алан Томсон и Питер Грэйс. Улица была полна народа. Время было около двух часов дня, на улице было довольно жарковато, но народ, не обращая внимания на капризы погоды шёл кто куда. В магазин, в школу (во вторую смену), на транспорт и так далее. Солнце в это время было самое «беспощадное». Вчетвером они шли по вымощенной гранитными плитками дороге, идущей вдоль шоссе, машины со свистом и пылью проносились мимо них. Они разговаривали почти что ни о чем. О «дурацкой» школе, о своих девушках, о том кто кому морду больше набил (эти четверо не считались в школе ребятами, дисциплинированно ведущими себя на уроках они могли спокойно отобрать у кого-нибудь денег и необязательно у каких-нибудь малолеток. Это даже мог быть и кто-то старше, их же все-таки четверо и к тому же если что, за них горой пойдет полшколы). Вот уже норовя зайти в какую-нибудь очередную забегаловку, они свернули в заворот ко входу, как вдруг один из них Алан посмотрел случайно направо и… примерно в 20 метрах от него, стоял человек в клетчатой рубашке, синих потертых штанах и коричневых ботинках и на нем была шляпа (прямо как у Фредди) на несколько размеров больше его головы и поэтому она немного свисала вперед, из-за чего нельзя было вглядеться в его лицо, но по крайней мере было видно, что он не стар и ему приблизительно 30–40 лет. В руке у него был не очень большой кинжал, сантиметров 15 в длину. И этот кинжал он поднес к своему горлу и сделал вид что режет его, как бы говоря: «Тебе конец, мальчик!». Алан испуганно расширил глаза и уставился на мужчину жутковатой внешности. Потом он все-таки отвернулся, решив не обращать на этого «козла» внимания. И уже открывая дверь в забегаловку, он напоследок опять посмотрел в ту же сторону, но человек по прежнему невозмутимо стоял и смотрел на него, только кинжал он уже держал опущенным. Он окликнул друзей и сказал: «Ребята, смотрите», они все посмотрели направо, но человека не было, он испарился, хотя там где он стоял поблизости не было никаких деревьев и зарослей, следовательно за одну секунду он никуда уйти не мог, но по улице по своему обыкновению шли люди с сумками и без них.

— Чё случилось-то? — спросил один из них.

— Да тут какой-то мужик посреди дороги стоял, — абсолютно без улыбки сказал Алан.

— У-у, — протянул другой — его звали Чарльз братан, тебе накуриваться меньше надо, вчера ты голую подружку видел, сегодня одетого Фредди, завтра тебе наверно наш директор покажется!

Все дружно и громко засмеялись над этой плоской шуткой, какие бывают только у таких планокуров. Смеялись все кроме Алана.

— Ребята, я ведь не шучу!

— Ну ладно, бывает, — сказал Чарльз уже без улыбки.

И они продолжили медленно заваливаться в кафе. Алан шел последним.

— Но имейте в виду, — сказал он почему-то очень строго, — он стоял вон там, справа.

И он махнул рукой туда, где стоял человек. Поглядел — (черт!) человек снова стоял там и опять держал кинжал в руке.

— Да пошел ты! — сказал про себя Алан.

И зашел вместе со всеми в кафе.