Второй год

Пригибаясь и маневрируя, я принимал один удар за другим. По рукам, снова по ним, в корпус, попытка пробить в ногу — не особо удачная — и снова по рукам.

Где-то на заднем фоне кричали люди.

— Спар! Спар! Спар! — скандировали моё имя.

— Уделай его! — доносилось оттуда же.

Я не особо следил за тем, что кричат. Давно привык к этому шуму. Куда больше интересовал противник напротив. Один из чемпионов, который за последние два месяца набрал славу на арене. Чемпион, которые методично меня обрабатывал и всё никак не мог повалить.

«Пора», — подумал я, заметив, как он начал выдыхаться.

Весь потный, он раскраснелся от напряжения и тяжело дышал. Удары стали медленнее, утратив остроту.

Сменив тактику, резко перешёл в наступление. Увернулся от кулака, проскочил под рукой и пробил в корпус. Это сбило парню дыхалку ещё сильнее. Он стал осторожнее, хорошо зная, что будет дальше. На арену я выходил не первый раз и всегда действовал по одной и той же схеме. Позволял себя бить, а когда противник сдавал, переходил в наступление.

Бой закончился красиво.

Мой противник, разозлившись, попытался забить меня, но не рассчитал, подставился и получил кулаком под подбородок. Удар был настолько хорош, что он даже немного подлетел и рухнул на спину. Уже не встав.

— Победил Спартанец! — раздался зычный голос распорядителя.

Выждав пару секунд и убедившись, что поверженный противник не встанет, поднял руку и дождался новых криков. После чего пошёл на выход из ямы. Мне открыли створку, накинули на плечо полотенце и дали воды.

— Ты как обычно, — подскочила Пушка.

— Нормально вышло? — спросил я.

— Мог бы и постараться, — фыркнула девушка.

На это я усмехнулся и повёл плечами. Кто бы что там ни думал, но принимать удары было ох как непросто. Никогда бы этим не занимался, если бы не требования камня.

— Сколько заработала в этот раз?

— Мало. Против тебя никто не хочет ставить.

Яма была так устроена, что арена находилась внизу, и оттуда шло два выхода, ведущих во внутренние помещения. Встретили меня сначала два бойца. Близнецы, между прочим. Когда познакомились, они уже работали на арене. Теперь работают на меня.

С этим бизнесом вообще хорошо вышло. Когда страсти улеглись, с остальными бандами было покончено, я провернул несколько заметных дел, и власть за восток полностью перетекла ко мне, после чего можно было сосредоточиться на тренировках. Так и вышел на бои без правил, где желающие могли за деньги подраться.

Вышел — это громко сказано, конечно. Арена и так раньше Фридмену принадлежала, но он ею особо не интересовался. Можно сказать, её владелец был предоставлен сам себе. Пока я к нему не заглянул. Сначала с желанием обеспечить себе достаточно боев, чтобы не терять форму и нарабатывать норму по камню, а потом и с предложениями, как заработать денег.

Сейчас это куда более успешный бизнес. Во многом благодаря мне. К сожалению, не потому, что я гений организовывать мероприятия. А в силу того, что люди охотно шли посмотреть, как бьют «восточного» босса. К нам даже бойцы из других районов захаживали, чтобы конкретно со мной разобраться. Обломались. А я хорошо заработал. Как и мои приближенные, кто делал ставки на меня.

Пройдя через коридор, попал в «комнату бойца». Пушка отобрала полотенце и обтерла меня. Близнецы за дверью остались. На арене я появлялся каждый день. Выступал пару раз в неделю. Бывало и такое, что мы с Пушкой в этой комнате любовью занимались. Так что парни привыкли, что не надо боссу мешать. Если надо, позову.

— Куда дальше? — спросила девушка.

— Домой двинем. Вечер же.

— А потом?

— Спать? — спросил я, начав подозревать, что Пушка что-то другое имеет в виду.

Она за лето сильно похорошела. Сутулиться перестала, килограмм пять наела. От своих идей тренироваться не отказалась и регулярно нагружала мышцы. Тир я ей тоже организовал. В основном из парового оружия, конечно, палила, но и из огнестрела постреляла. Я ей пересказал всё то, что сам умел.

Также Пушка, не иначе как от хорошей кормежки, подросла немного. Да и грудь побольше стала… Эх, опять я не о том думаю. Близость ухода сказывается. Привык я к красивой жизни с двумя девицами, и как представлю холодные ночи в казарме, так аж вздрагиваю.

— Я про другое. Когда ты уходишь? — спросила девушка серьезно.

— Не терпится от меня избавиться?

— Дурак, — ткнула она меня кулаком в плечо.

— Завтра ухожу, — вздохнул я.

Виктор уже передал приказ от мастера. Мне требовалось явиться через пять дней в место сбора. Маршрут я уже спланировал, с караванщиками договорился.

— Ясно, — посмурнела девушка. — Тогда у нас не так много времени, да? — стащила она с себя кофту.

— Вообще-то, меня побили только что…

— Это ты так откосить пытаешься? — приподняла она бровь.

— Что я, дурак, что ли?

Говоря про двух девушек, в виду я имел вовсе не Ваську. Та как отбыла с группой мастера, так и не вернулась. Что с ней, взяли ли её в ученицы, я не знал. Не знал этого и Виктор, мой куратор. Оставалось надеяться, что Такен её в обиду не даст и позаботится. По нашей черновласке я скучал.