Встретились два одиночества

Марк Соломонович Неунывайхер всегда и повсюду опаздывал.

Для начала он опоздал родиться. Матушка Неунывайхер, в положенное время народив на свет троих сорванцов, выведя их в люди и не ища от жизни ничего более, кроме внуков, обнаружила в себе беременность, которую сперва приняла за признаки подступающей старости. Конечно, избавиться от плода не составляя труда, но, во-первых, Руфь Израэлевна уже чувствовала в себе биение маленького сердечка, а во-вторых Соломон Наумович расхаживал по двору с гордым видом петуха, вскочившего на индоутку, по восьмому разу пересказывая сагу о своих сексуальных подвигах всем окружающим, включая домашних животных.

Марк опоздал родиться и в плане историческом, можно сказать глобальном. Сразу после его рождения была обнаружена материнская планета, на которой в изначальные времена зародилась жизнь, впоследствии заселившая Землю. Планета оказалась благоприятна для жизни, но находилась в несколько заброшенном состоянии и требовала приложения рук. Большая часть земного населения в едином порыве ринулась осваивать историческую прародину. Оставленное без полноценного ухода и пригляда сложное наземное хозяйство стало помаленьку разваливаться: города и поселки ветшали, фермы и колхозы приходили в упадок, коммунальные, транспортные и иные бытовые службы все чаще давали сбои. Пора Земного расцвета прошла. Земля медленно, но верно превращалась в дряхлеющую провинцию Вселенского Содружества.

Дальнейшая судьба Марка неразрывно связана со всяческого рода опозданиями. Так, он опоздал сделать прививку от венерианской лихорадки, прозевав нужный возраст. Правда, впоследствии оказалось, что венерианский вирус на Земле не приживается, а от прививки до конца жизни нельзя пить пресную воду (только подсоленную или с алкоголем). Маленький Марк опоздал записаться в престижный лицей, знаменитый традициями ходить строем, распевать речевки и брать деньги по любому поводу. Он пошел в очень среднюю районную школу, на которую как раз, ввиду полной ее безнадежности бросили десант альтернативных педагогов. Нетрадиционщики считали, что школа должна учить в первую очередь жизни, и до 7-го класса профилирующим предметом было рукоделие и игра на флейте. Затем учеников в бешеном темпе обучили всем остальным предметам, и в результате подготовили вполне достойных и образованных членов общества.

В приведенных выше случаях Марк не был виноват в ротозействе, но он достойно принял доверенную эстафету. Маленький Неунывайхер опаздывал на занятия в школе, на приемы к врачу, на поезда, гравилеты, омобусы. В юношеском возрасте стал опаздывать на лекции в институте и свидания с девушками, в более зрелом — на работу. Начальник, озверевший от постоянных Неунывайхерных «причуд», официально перенес начало его рабочего времени на полчаса позднее. «С тех пор, — рассказывал Марк, — я ни разу не пришел на работу в половину десятого. Приходил без двадцати, без пятнадцати десять, но это было не так заметно».

На ярмарку невест Марк тоже опоздал. Длинноногих белокурых красавиц разобрали более шустрые ровесники, и Марку досталась приземистая, толстозаденькая, смешливая евреечка. Красавицы через год-полтора превратились в потрясающих стерв, а Маркова жена оказалась прекрасной кулинаркой, экономной хозяйкой, и — кто бы мог подумать — страстной, неутомимой и изобретательной любовницей.

Марк Неунывайхер так и жил, в полном соответствии с корневым значением своей фамилии, когда вся его семья в лучших национальных традициях собралась и отчалила на Обетованную планету. Марк остался завершать дела, намереваясь присоединиться позднее. Догадываетесь, что было дальше? Он, конечно, опоздал на последний шаттл к транспортному планетолету, тот самый, который неожиданно столкнулся с блуждающим пиратским спутником. Глядя на рассыпающуюся в небе звезду, и шепча про себя «Эль меле рахамим…», Марк зарекся предпринимать дальние, средние, а по возможности и ближние путешествия. Короче, он остался на Земле.

Лаура Львовна Веллер всегда и везде успевала вовремя. А во многих случаях — с упреждением.

Срок ее рождения был рассчитан заранее в Бюро по реконструкции семьи, равно как и необходимые изменения в генетической карте. Девочка родилась в положенные сроки и выросла, как было задумано, статной, умной, красивой, тонко чувствующей женщиной. Однако в программе коррекции генкарты не были предусмотрены воздействия космического излучения, которому родителя Лауры подвергались, работая во внеземелье. В результате девочка заполучила врожденную мигрень, предрасположенность к раннему раку и характер болотной гадюки. Головные боли мучили ее всю жизнь — врачи в утешение говорили, что мигрень — болезнь аристократов и разводили руками; опухоли начали удалять с 18-ти лет, а с характером Лаура боролась самовоспитанием, самосовершенствованием, неусыпной работой над собой. Пунктуальность и обязательность входили в ряд несомненных ее достоинств в первую очередь.