Вселенная для Марса

Марс сидел на ступеньках Национальной галереи и наслаждался майским солнцем. В этом месте, где сходятся три первостепенные улицы Вестминстера – Стрэнд, Уайтхолл и Мэлл, молодой человек любил размышлять о смысле жизни. Туристы ему не мешали. В сущности, он тоже был своего рода турист. Второй год он грыз гранит науки в ВРР, отличном вузе для тех, кто стремится к успешной карьере в сфере права, бизнеса, финансов, бухгалтерском и банковском деле. И, разумеется, для тех, у кого есть деньги. Марс изучал законы. Три года назад отец, цитируя одного очень умного англичанина, сказал: «Совесть, как и длина ноги, у всех разная, а закон должен быть для всех одинаков». И вот этому ты будешь учиться в Великобритании».

Марс не хотел уезжать из России, ему и там было неплохо, но мама, которая всегда потакала всем его прихотям, неожиданно встала на сторону отца, и вопрос был решен без учета мнения сына. Родителей можно было понять, ведь строчка в будущем резюме сына с упоминанием степени, полученной в британском ВУЗе, поднимет его на сияющий пьедестал. И хотя у отца Марса была своя юридическая фирма, в которой сын и собирался работать по окончании любого вуза, родители решили, что их отпрыск должен добиться самых манящих высот. Была еще одна причина, по которой Марса хотели сплавить подальше от Москвы – это его компания, которая состояла из таких же мажоров, как и он. В последнее время они стали много чудить. Отец два раза вытаскивал его из полиции, один раз из больницы, куда он попал после первого приема наркотиков. Когда любимым сыном была разбита третья машина, терпение родителей лопнуло.

Весна в Лондоне выдалась в этом году потрясающая. Она способствовала прогуливанию лекций.

Королевство в это время года было прекрасно как никогда. Свежий ветер разогнал зимние свинцовые тучи, а на небе господствовало по- настоящему теплое солнышко. Природа ожила. В душе у молодого человека эта весна еще никак не отражалась. Марс понимал, что если он пропустит еще одну неделю, то его попросту отчислят, но он этого и добивался. Друзей он тут не приобрел, развлекаться было не с кем. Разве что иногда, в чей-то день рождения, собиралась компания подростков в каком-то клубе или дома, если позволяли условия, и веселились так, что запоминали надолго. Потом снова все утихало.

– Ты все это специально? – услышал Марс знакомый голос. Он обернулся и увидел Лину, девушку, которая училась с ним в одной группе. Она присела на ступеньки совсем рядом с ним.

– Что именно? – спросил молодой человек.

– Мне кажется, что ты просто ждешь, когда тебе скажут гудбай.

– Не знаю, возможно. Мне все тут надоело. Бритиши какие-то неестественные, чопорные и для меня непонятны, – ответил Марс.

– Сдались они тебе! Нам диплом нужно получить. Вот, что самое важное.

– Я его и в Москве могу получить.

– В Москве любой может получить, а тут нет.

– Лина, что ты от меня хочешь? – спросил Марс, прищурившись. Солнце мешало ему разглядеть новый макияж на лице девушки. Лина славилась тем, что много экспериментировала над своим внешним видом. У нее это неплохо получалось, и остальные девочки ей завидовали. Все, кроме англичанок. Тем было абсолютно без разницы, как выглядела русская студентка.

Лина была безнадежно влюблена в Марса. Он знал, но ничего с собой поделать не мог. В России его ждала любовь всей его жизни, как он себе надумал. Правда, в последнее время его девушка стала намного сдержаннее, холоднее и задумчивее в минуты их телефонных разговоров. Да и сами разговоры стали носить эпизодический характер.

– Ничего особенного. Если честно, не хочу, чтобы тебя отчислили, – ответила Лина.

– Как ты меня нашла? – спросил Марс.

– Я знаю, что это твое любимое место. Мне просто повезло.

– Повезло? Найти меня? Тоже мне везение! Зачем тебе это?

Лина молчала. Она не знала, что ему на это ответить. Она еще не теряла надежды закрутить с ним роман, но приходилось признать, что эта надежда с каждым днём становилась все более туманной.

– Поедем в институт, – сказала она вместо ответа на вопрос.

– Нет, ты поезжай, а я еще тут побуду. Погода какая! Не могу сидеть в аудитории.

– Марс, тебя отчислят.

– Да и пусть.