Всадник Мёртвой Луны 002 (СИ)

Ловушка

Спуск вниз был не то, чтобы уж совсем узкий, но было вполне очевидно, что по нему что-либо особо таскать туда-сюда было бы очень сложно. Что Владислава несколько изумило - ибо если в подвалах изначально хранились припасы, то как-то же их должны были поднимать наверх? Видимо - в башне, были где-то и иные способы доступа к подвальным помещениям. Хотя - пришло ему в голову, подвалы-то, после захвата крепости, моги ведь и полностью перестроить. Ибо вряд ли тот зал, который они посетили тут в самый первый день, был изначально задуман таким, каким он стал впоследствии, первыми хозяевами башни. Судя по его очертаниям и размеру - такое помещение врядли могло бы иметь хоть какое-либо хозяйственное употребление.

Тайновед, низко пригнувшись, шёл впереди, светя себе горящим факелом, чад от которого весь поднимался к морщащемуся Владиславу, пятная следами копоти низкий, сводчатый потолок. Им пришлось сделать по ней немало поворотов, прежде чем лестница вывела их к крашенной в чёрное простой железной дверце, открыв которую они попали в узкий коридор, расходившийся в обе стороны от входа.

Лестница и дверь, впрочем, были в удивительно ухоженном состоянии. Складывалось впечатление, что этим ходом пользовались достаточно часто. Хотя - должны же были Колценосцы как-то попадать из башни в свою потайную залу?

Стена коридора, видимо, составлявшая часть фундамента башни, или - тесно примыкавшая к нему, равномерно тлела тем самым палевым, гнилостным отсветом, которым, по ночам, светилась и наружные стены башни. Но вот внутренняя стена, собранная из угольно-чёрного камня непонятного происхождения, была вся пронизана, как кровеносными сосудами, тончайшими жилками, которые тлели едва видным багрово-красным отсветом - словно бы раскалённая проволока в кузнечном горниле.

Выйдя в коридор, Тайновед повернул направо, и начал медленно, сторожко углубляться в его темень, подсвечивая себе факелом. Ибо - невзирая на палевое свечение стен, в самом коридоре стояла густейшая тьма - так как свечение это здесь совершенно ничего не высвечивало. В коридоре было на удивление сухо, и холодно до дрожи - почти что морозно. Не было здесь и ожидаемого запаха промозглого погреба, но зато в воздухе стоял как бы слабый душок тления и разлагающейся плоти. Он был почти что незаметен, но его присутствие ощущалось вполне отчётливо.

По праву руку они минули множество каменных, закрытых наглухо дверей - серо-чёрного цвета, скорее всего - выточенных из базальтовых плит. Но двери эти не имели никаких ручек, и - совершенно не поддавались попыткам открыть их нажатием плеча. Тайновед пробовал и так - и эдак, и нажимать, и произносить какие-то заклинания, очевидно - открывающие проходы. Но - всё было совершенно тщетно.

Он досадливо морщился, и непрестанно бурчал, про себя, вполголоса, что, наверное, всё же придется привлечь сюда бойцов с монтировками - чтобы они проломили бы здесь хоть парочку этих плит. Хотя - кто ещё знает, чем всё это может для них окончиться, если двери таки заговорённые? И - поэтому, вполне возможно, всё же придётся дождаться прибытия сюда более искусных в ведовстве Мастеров. А жаль - потому что там можно было бы уже сейчас, наверняка, найти немало интересного, и - при этом, ни с кем не делиться находками.

Так - лишь бесполезно тыкаясь в закрытые проходы, они постепенно добрались и до, судя по всему, той единственной двери, которая вела во внутреннюю залу, и каковая, с очевидностью, находилась прямо противоположно той лестнице, по которой они сюда спустились. При этом - они не обнаружили в коридоре совершенно ничего, и даже - ни единого обломка, или, хотя бы, выпавшего от старости малейшего камешка. Сводчатый, округлый потолок коридора, выложенный всё тем же, бледно-тлеющим мрамором, оставлял, при этом, явное впечатление определённой незавершенности - ибо скругление его свода, начинаясь у стены внешней, не переходило в такое же закругление у стены внутренней, которая была в него врезана совершенно прямой плоскостью. Что ещё более укрепило Владислава в той мысли, что подвалы башни, после её захвата Кольценосцами, подверглись ими весьма существенной перестройке.