Время подключения

Николай смотрел в кухонное окно, как дочь выскакивает из подъезда и тотчас, прыгнув в сторону, делает кувырок через голову, одновременно стреляя по комуто, кого не было видно из-за угла дома. Она лёгкая и гибкая, как кошка... а он, как видите, уже давно отрастил брюшко и нет-нет, да и обнаруживал в причёске седые волосы.

Дочь, отстреливаясь на бегу, одним прыжком перемахнула через густые кусты акации и исчезла из виду. Метрах в пятидесяти в сторону молодой худощавый папаша лет тридцати, укрывшись за коляской со спящим младенцем, отстреливался длинными очередями.

Похоже, он вёл огневую дуэль одновременно с тремя противниками. Младенец казался Николаю свёртком небесно-голубого атласа с тёмным пятнышком лица и яркой точкой кружочка соски.

Николай вздохнул и отвернулся. В ухе пропищал телефон. Николай неохотно пробурчал:

– Связь.

– Папа! Ты меня дождись! – ворвался в ухо запыхавшийся голос дочери. – Без меня не подключайся!

– Дождусь-дождусь, – ворчливо сказал Николай, водя пальцем по белой поверхности кухонного стола. – Трех суток ещё не прошло.

– Сегодня в десять как раз будет! – с укоризной защебетала дочь. – Ну, чего ты боишься, стыдно в наше время ходить с таким старьём! Вон, дядя Саша старше тебя на двадцать лет, и то подключился, а ты всё, как дряхлый дед, ворчишь и ворчишь...

– Ладно, дочь, не выводи меня из себя... подключился же!

– Ага! Пока я тебе всю шею не переела. Я уже всем подружкам рассказала, что у тебя новенькая модель... они такие все: «А он же не будет в MW играть!» – а я такая: «Подумаешь, Mobile War!.. У него художественные таланты!» – а они мне...

– Хватит-хватит... Ты, как там, отстрелялась? Всех убила или кто ещё остался?

– А я сейчас за мусорными баками сижу, они меня не видят.

– Нашла где сидеть! Выйди немедленно! Не хватало ещё, чтобы тебе на башку дрянь всякую накидали!

– Ага... сейчас! У меня уже двести восемьдесят три убитых... Ой, попёрли! Папка, я отключаюсь, пока! В ухе пискнуло. Отбой.

– Вот теперь и ты тоже будешь за помойкой отсиживаться... – пробормотал Николай, с неприязнью листая инструкцию, сделанную, видимо, для таких, как он – непрошибаемых ретроградов – в виде яркой книжечки. На страницах оживали картинки, объясняющие ту или иную функцию. Николай перевёл языковой режим инструкции на русский, и в ухе тотчас забормотал весёлый голосок, немного похожий на голос дочери:

– Ещё бы не остановить, – хмыкнул Николай, – все уши прожужжала... весь год от неё покоя не было!

На странице запульсировала надпись: «Нет ответов на Ваш комментарий» – и потускнев, исчезла. Николай вдруг вспомнил, с какой неприязнью принял отец все эти говорящие и показывающие книжки... и как безумно радовался маленький Коля, когда в четвёртом классе мама подарила ему самую первую такую книгу «Сполох-десант против ниндзя Эмира-отступника». Перевод был некачественный, но картинки яркие и сочные. Русский сполох-десант крошил в капусту уродливых и злобных ниндзя. Дополнительными бонусами можно было обновлять главы – «мыльная опера», как однажды непонятно выразился отец...

На часах была половина одиннадцатого. До возвращения дочери было ещё три часа. Николай покурил на пыльной лоджии, глядя на привычный двор с тремя чахлыми берёзками и купой густого кустарника акации, прорезанной дорожками, по которым сновал разнообразный люд.

Детишки носились как угорелые, и их визгливые голоса, похоже, хотели просверлить череп насквозь. Неподалёку пара девчонок, видимо, уже заслуживших статус снайперов, укрывшись за трансформаторной будкой, с серьёзными, почти задумчивыми лицами обстреливали кого-то на улице.

Из подъезда напротив вышел небритый и взъерошенный дядя Саша. Он постоял, осматриваясь, и начал делать пассы руками. По его физиономии гуляла блудливая ухмылка.

Николай хотел было крикнуть, мол, – ау, дядя Саша, – опять голых девок разглядываем? Но передумал и вернулся в кухню. Внезапно захотелось поскорее со всем этим покончить. Он вынул из уха горошину телефона и аккуратно положил её в коробочку, где уже покоился контейнер с линзами-проекторами. Устаревшая технология...