Время для героев. Часть 1

Цивилизации возникали и рушились. Исчезали бесследно. Оставляя после себя лишь мифы и легенды. Этой участи не избежала и цивилизация людей третьего тысячелетия. Хотя подобное летоисчисление уже давно забыто и в нашей книге совсем не актуально. В далеком будущем человечество вымерло и возродилось вновь. Земля постепенно очистилась и вновь заросла девственными лесами. Хотя и потребовалось ей для этого невероятное количество времени, сколько именно, мы можем лишь гадать. Континенты сдвинулись, образуя причудливые локации. Люди вновь вынуждены были проходить путь общественного развития, надолго застряв в чём-то похожем на феодальный строй. В Северном королевстве, не имевшем единого названия, города были обособлены, разбросаны на большом расстоянии друг от друга, окружены дремучими лесами и высокими горами, полными тайн и смертельных опасностей. Умы тамошних людей были невежественны, а нравы жестоки. Но, как и всегда, среди этих людей были хорошие, были плохие. Были герои и трусы. Были тираны и их рабы. И вот про это удивительное время, когда человек снова лишился всех своих масок, когда он не мог спрятаться за экраном монитора от реальной жизни, когда авторитет и власть правители нередко вынуждены были доказывать с мечом в руках, рискуя жизнью, вот об этом времени и будет наш рассказ.

Небо было затянуто серыми тучами и извергало из себя дождь, разной силы интенсивности. С гор спускались бурные потоки воды, превращаясь у их подножья в реку, с мощным течением, воды которой неслись, усиленные потоками дождя, мимо входа в старую шахту. У входа дежурили два охранника, с луками за спиной и мечами за поясом, одетые в лёгкие кольчуги, прикрытые сверху выцветшими плащами, сероватого оттенка. Один курил трубку, забравшись поглубже под свод пещеры. Другой, прислонившись к опорным балкам, поддерживающим стены и потолок шахты, отчаянно зевал.

– И когда закончится этот чертов дождь? – устало вздохнул охранник, подавляя очередной приступ зевоты.

– Нам-то что. Дождь, солнце. Всё равно торчим здесь целый день без дела – ответил его напарник, смачно затянувшись.

Воды бурного потока неслись дальше, и вскоре два вооруженных человека оказались далеко позади. Река огибала деревянный высокий частокол, с потемневшими от времени и непогод брёвнами, с деревянными башенками, расположенными по периметру частокола, на которых изо дня в день дежурили угрюмые лучники. Река, не сбавляя темпа, бежала дальше, углубляясь в осенний лес, и терялась из виду, петляя между высокими столетними елями и соснами.

Вечерело, небо темнело. Из шахты выходили люди. Закончился их трудовой день. Мы видим мужчин разного возраста, около трёх десятков человек. Сильнейшая усталость видна в их лицах, в ссутулившейся походке, в потухшем взгляде, уставленном в землю… Их тела покрывала грязная, оборванная одежда. Лица были чумазы и небриты. Весьма странным казался пацан, лет шестнадцати, семнадцати, шагавший в их компании. Он был ниже всех ростом на полторы-две головы. Лицо его, ещё не утратило мальчишеской свежести и миловидности. Кудрявые светлые волосы, серые глаза, мягкие черты лица. Он скорее напоминал херувима с картин художников эпохи классицизма, чем шахтёра. Выйдя из пещеры, он слегка улыбнулся моросящему дождику. Да… мало было радости в этом гиблом месте для юного организма. И мальчик цеплялся за любые возможности, одной из которых являлся долгожданный отдых после целого дня изматывающей работы.

Два скучавших стражника стронулись с места, и повели людей к лагерю. К ним присоединились ещё два человека подкрепления, вышедшие из шахты вместе с рабочими. Мальчик, в отличии от остальных работяг, идущих понурившись, вертел головой по сторонам. Это были те редкие моменты, когда он чувствовал где-то рядом… в шуме воды, в каплях дождя, в траве под ногами… чувствовал жизнь, чувствовал свободу. Свободу, которая, после недолгой прогулки, обрывалась частоколом лагеря, либо пещерой шахты, в которой наш герой проводил с утра до вечера, каждый день, по многу часов, в темноте и грязи, добывая руду… для кого-то. Для кого именно, он и сам толком не понимал. Чтобы какие-то неизвестные люди обогащались за счёт его труда, чтобы слуги этих людей из добытой им руды делали оружие, висевшее сейчас за поясом его надзирателей. Оружие, лишавшее мальчика малейшей возможности к бегству и столь желанной свободы.

По пути к лагерю внимание юного рудокопа привлекли яркие всполохи на горизонте темнеющего неба. Будто зарницы. Они исчезали также внезапно, как появлялись. Пацан повернулся к мужчине, идущему рядом с ним, и хотел поделиться увиденным, однако пресёк свой порыв, увидев мрачное выражение лица того человека. Лица, в котором, несмотря на разницу в возрасте, можно было уловить много схожих с мальчиком черт. И не обязательно являться опытным физиогномистом, чтобы угадать по их лицам ближайших родственников – отца и сына.