Время собирать плоды

Отправляться в это путешествие дор Эсти Хаммарис не хотел. Потому и собирался так долго. Новость о сестре ему принесли соседи. Сам-то он в тот момент в очередной раз сорвался – запил. После смерти матери пустота и бессмысленность его жизни иногда становились совсем уж невыносимы. От желания сунуть голову в петлю спасала только выпивка. Он запирался в кабинете и пил до тех пор, пока сознание не отключалось. Потом муки похмелья отвлекали от дурных мыслей, а избавление от головной боли и прочих «радостей» на короткое время позволяли на контрасте вновь почувствовать прелесть жизни.

Сосед, дор Рутис, приехал к нему как раз, когда Эсти мучился и от головной боли, и от необходимости принять решение – перетерпеть похмелье или вновь свалиться в пьяное беспамятство.

– Сосед, на стенах храма вывесили список тех из наших, кто уцелел и сейчас живёт в Лейском княжестве. По соглашению между королями Эриком и ихним Хагардом. Наши сообщают леям об их ублюдках, а они – о тех, кого увели или кто ушёл сними. Ты же слышал об этом? – спросил дор Рутис, видя непонимающие глаза Эсти.

– Что-то такое вроде слышал, – нехотя подтвердил Эсти Хаммарис.

Весть о заключении мира между их королевством и Лейским княжеством и стала причиной его последних запоев. Да, уже больше десяти лет прошло с тех пор, как последний лей был изгнан с аританской земли, но отсутствие мирного договора давало Эсти надежду, что король Эрик собирает силы и впереди окончательная битва. Теперь уже войска Аритании придут на землю врага и отплатят им за все несчастья, что принесли леи их королевству. Ради этого Эсти Хаммарис готов был снова, несмотря на раны, вернуться в строй. Даже не лейтенантом королевской гвардии, как тогда, в войну, а рядовым ополчения графства Аль Паунт.

Теперь ясно, что этого уже никогда не случится. И ему не отомстить за разорённый дом, убитого отца, погибших друзей, разбитые надежды. Но обсуждать это с соседом Эсти не собирался.

– И что там со списком? – переспросил он.

– Там имя твоей сестры, – осторожно сказал дор Рутис. – Женис Хаммарис.

– У меня нет сестры, – жёстко ответил Эсти. – Умерла. В тот день, когда погиб отец.

– Тебе видней, Эсти. Просто хотел предупредить тебя, – сосед неловко кивнул, поднялся и, уже уходя, негромко добавил. – Жаль дора Хаммарис не дожила.

Когда-то, давным-давно Эсти любил сестру – малышку, ходившую за ним хвостиком, юную красавицу, на которую заглядывались его друзья. И уходя на войну, был уверен, что идёт защищать свой дом и свою семью – мать, отца, сестру. Она умерла для него в тот день, когда вернувшись, обнаружил, что поместье разграблено, отец и многие слуги погибли. И всё по вине сестры.

Их поместье даже самый ярый льстец никогда не назвал бы крепостью. Обычная усадьба среднего достатка. И когда к их местам подошли леи, отец даже не собирался держать оборону. Знал, что бесполезно. Потому при первой же опасности ушёл вместе с преданными людьми в старые шахты, что прятались в графских горах неподалёку. Надеялся переждать. К тому времени уже ясно стало, что леи отступают, просто выбирают земли, что ещё не успели разорить.

Укрытие по приказу отца подготовили заранее, таких пещер с заброшенными ответвлениями в округе была не одна. Шанс уцелеть был. Но на второе утро обнаружили, что сестра пропала. Вначале решили, что она заблудилась или заснула где-то в ответвлениях каменных катакомб. Никто и подумать не мог, что она сама вышла к леям. Пока те не показались на пороге. И вела их Женис. Она кричала:

– Отец, выходите! Ральф не тронет тебя. Он обещал!

Шедший рядом с ней молодой красавец-лей подтвердил:

– Дор Хаммарис, выходите и выносите то, что прихватили из поместья – золото, камни. Это невысокая цена за ваши жизни. Обещаю – мы не тронем вас.

Только верить обещаниям леев могли лишь такие дурочки, как Женис. Отец велел женщинам уходить вглубь катакомб, разбившись на группы, спрятаться в ответвлениях, авось, кто-то и уцелеет. Сам вместе со слугами остался прикрывать их отход.

Обо всём этом Эсти рассказала мать. Леи и вправду не рискнули углубляться в брошенные шахты. Так что отец погиб не зря. Все, кроме пяти мужчин, оставшихся задержать леев, остались живы, не пострадали. Ценности, что потом отдала Эсти мать, спасли их поместье. Хоть что-то удалось восстановить.

А Женис с тех пор исчезла. Никто не мог сказать, что с ней стало. Да Эсти и не интересовался. Для него она умерла. Не до выяснения судьбы предательницы было. Вначале долго болел, отходя от смертельного проклятья, полученного в одном из сражений. Смерть от него маги-то отвели, но не боль и болезни.