Вредное волшебство

Жил-был неизвестно когда и не важно где, но очень далеко юноша, и однажды ему очень захотелось посмотреть мир. А звали этого юношу Вунтвор, и мечтал он стать путешественником и дойти до того самого места, откуда каждый день встает солнце. Он рос и мужал, и каждое утро, проснувшись утром, любовался восходом из окна своей спальни. Он понемногу привык считать солнце своим другом. Вунтвору стало казаться, что огромный шар притягивает его, зовет, приглашает взглянуть на свое жилище.

И тогда Вунтвор покинул родной дом и отправился на восток. Он шел и шел, и дни складывались в недели. Он шел много недель и не отчаивался, потому что был молод и чист душой. Недели скапливались в месяцы, а Вунтвор все шел и шел, а солнце все не становилось ближе. Но он знал, что если долго идти, не зная усталости, то в конце концов достигнешь своей цели.

Путь его был труден: приходилось взбираться на горы и холмы, переплывать реки и моря. И даже такому молодому и чистому душой человеку, как Вунтвор, иногда случалось сомневаться в разумности предпринятого им путешествия. Сомнения одолевали его и в тот прекрасный вечер, когда солнце, совершив свой дневной путь, уже собиралось отдохнуть на западе, и усталый Вунтвор решил устроиться на ночлег в уютной долине у мирно журчавшей речушки. Он расстелил свою скромную постель и под пение птиц съел скудный ужин, состоявший из хлеба и сыра.

— Увы! — сказал он скорее себе самому, чем птицам небесным. — Неужели мне никогда не дойти туда, где живет солнце?

— А зачем тебе вообще туда ходить? — спросил его незнакомый голос.

Вунтвор вздрогнул, огляделся и понял, что голос принадлежит маленькому человечку, который стоял около его ног. Переведя дух, юноша сказал:

— Затем, что я всегда мечтал об этом. Это мое самое заветное желание.

— Вот как? — обрадовался человечек, который, кстати сказать, был одет в коричневое и обладал прозрачными коричневатыми крылышками. — Ну тогда ты пришел по адресу.

— А по какому, собственно, адресу я пришел? — поинтересовался Вунтвор.

— Как же! — Незнакомец в коричневом широко улыбнулся. — Ты пришел в С-с-страну Ск-казок. — Он произнес это название с заметной запинкой.

— Ах да, конечно, — кивнул Вунтвор. — Итак, если это Страна Сказок, то кто же тогда вы?

— Я? Ну как же… — Человечек замялся. — Если это С-с-страна Ск-казок… — Он весь напрягся, аж посинел. Потом глубоко вздохнул и закончил: — Итак, если это… то самое, что я сказал, то, значит, я — с-с-с… — Он в отчаянии потряс своими маленькими кулачками. — Да ничего подобного! Я — Домовой Брауни! И горжусь этим! И даже больше чем горжусь! В малости — величие! Домовые — навсегда!

Вунтвор часто-часто заморгал. Что-то тут не так! К тому же вниз по склоку холма прямо на них мчалась во весь опор какая-то пожилая дама. И вид у нее был весьма недовольный.

Вот тут-то я и вспомнил, где нахожусь!

— Нет! Нет! Нет! — кричала старушка.

Итак, я — в Восточных Королевствах, но пришел сюда вовсе не за солнцем, а по поручению моего учителя, великого волшебника Эбенезума. К сожалению, у меня что-то не сложилось. Вот и все, что я пока вспомнил.

— Тебе что, простой сказки не придумать? — напустилась пожилая дама на человечка в коричневом.

Я узнал ее! Это же Матушка Гусыня! К ней-то я и пришел в Восточные Королевства.

— Прошу прощения, — сухо произнес человечек. (И его я тоже узнал! Это же Тэп! Я все вспомнил, как будто проснулся наконец.) — Сказки — не мое ремесло!

— Ах вот оно что! — угрожающе проговорила старуха, нацелившись указательным пальцем в маленького человечка. — С Матушкой Гусыней так не разговаривают!

Человечек отступил на шаг и неуверенно предложил:

— Я могу сочинить Домовую сказку, если хотите.