Врата Шиес. Равноденствие

Ей богу, лучше когда морозец, чем такая слякоть. Апрельский снег подтаял и рваные белые клочья едва прикрывали палую листву, стволы потемнели от влаги и уперев узловатые ветви в небо, стояли мрачные и молчаливые. И вроде не холодно было, но так противно и неуютно что хотелось сжаться в комок и замереть как истукан, или вообще превратиться в камень и избавиться от всех шести чувств разом.

По краю леса торчали темные стебли крапивы и репейника, пришлось продираться сквозь них, отчего штаны моментально намокли. Все живое в такую сырость сидит по норам, зверушки спят свернувшись в меховой клубочек. Люди пьют горячие травяные настои с медом, сидят в валенках, и кутаются в шерстяные платки. Трещит огонь, и от печки сладко пахнет горячей глиной, хозяйка ставит на стол чугунок дымящейся каши… Сия картина так живо предстала перед глазами, что захотелось завыть как ободранному волку, но в пути некогда унывать, надо набрать хвороста, сосновых шишек, лапника для костра. Бесспорно, сложить костер где угодно и из чего угодно, на болоте из ветлы и осины, и под дождем, и в снегу, было самым наиполезнейшим умением среди всех прочих. А уж хвойные, даже сырые, горят отлично, правда и прогорают быстро.

Пора заканчивать шарахаться по сырости, в ближайшей же деревне или городке надо присмотреть постоялый двор почище и залечь на дно до тепла. Да…залечь и спать и спускаться в общий зал только на ужин, развлекая себя рассказами путешественников, да изредка шерстить обьявления на дверях таверн.

Когда загорелся веселый огонь – немного отпустило. Подстреленный и освежеванный заяц жарился на рогатине. Соль куда то запропастилась, поэтому мясо вышло пресным, слегка с кислинкой от хвойного дыма, и запивать его приходилось столь же кислыми, запареными в кипятке ягодами прошлогодней рябины – фляга то опустела еще вчера, и это тоже весьма негативно сказывалось на состоянии духа. Однозначно пора на постоялый двор.

Только забрезжил рассвет когда он, продрогший до мозга костей, колотил в дверь корчмы какого то замызганного городка. Посетителей еще не было – слишком раннний час. Открыл недовольный и заспаный хозяин.

– О. Первый клиент. и что вас так рано по кабакам то мотает?

Гость шагнул в зал под ворчание трактирщика.

– Что кушать изволите?

– Глегга. – кинул он, стягивая промокший плащ – Два кувшина…или нет, лучше три и большой кусок свинины с перцем погорячее! И комнату.

– Надолго ли?

– Пока не надоест отвечать на твои вопросы, достопочтенный хозяин.

Трактирщик намек понял и споро пошаркал вглубь корчмы причитая что то про ранних и капризных посетителей.

Пользуясь одиночеством гость подсел к остывающим углям очага, протянул озябшие руки. Вскоре запахло жареным, симпатичная служанка подала миску с отколотым краешком на которой дымилось жареное мясо густо приправленное перцем и налила разогретое вино. Улыбнулась. Ничего так, белые зубки и румяные щеки. Он молча положил серебряник в ее маленькую ладошку. Счастливая девица тут же унеслась хвастаться хозяину. Как обычно бывало в минуты покоя воспоминания минувших дней снова принялись донимать, но трактирщик не позволил гостю нырнуть в этот темный омут.

– Господин желает что то ещё? – подобострастно обратился к нему хозяин, смекнув, что клиент хоть и выглядит как бродяга, но на недостаток наличных не жалуется. Надраться до беспамятства не получилось, впрочем как и всегда, а посему пора было вылезать из за стола.

– Нет, пожалуй хватит.

– Вот ключ от ваших..э-э-э… апартаментов, Элочка вас проводит.

Элочкой звали милую служаночку и она призывно поманила его пальчиком. Что ж неплохо для начала. На что ещё тратить свою жизнь? На выпивку и трактирных девиц. На лестнице он остановил ее, прижал к стене. Служанка не сопротивлялась и обвила руками шею. В глазах ни капли испуга. А ведь такая молодая ещё, совсем девчонка. Нет, он не осуждал подобное поведение, каждый выживает как может.

– Я могу остаться, если господин захочет. – промурлыкала она, щекоча ухо.

– Хм, может и захочу.

Девченка чмокнула его в губы.

– А ты знаешь кто я? – спросил он без лишних церемоний задирая ей подол.

– Не знаю, может знаменитый герой? – захихикала та.

Он паскудно улыбнулся и показал клеймо. Ее глаза округлились, значит поняла с кем имеет дело. Она тихо пискнула и попыталась выскользнуть из его рук, но он не позволил.

– Ну уж нет, дорогуша. Ты сама напросилась. Как там говорится: "Сучка не захочет…" – схватил ее вырывающуюся поперек талии и с ноги открыл дверь в темную комнатушку. И сразу острое зрение различило фигуру силуэтом вырисовывающуюся на фоне окна.

Он выругался, тут же выпустил девушку и выхватил нож.

– Извини, что помешала. – раздался знакомый голос, – Кажется ты собирался развлечься?

Нэя. Что за дьявольщина! Сама смерть так не наступает на пятки как эта женщина. "Трактирщику влетит, и девку его поимею" – зло подумал он.

– Извинения не приняты. Что ты делаешь в моей комнате?