Вперёд по книжной тропе! (СИ)

Я хочу рассказать вам о своей ужасной судьбе беглеца, попавшего в капкан фантазий и ужаса. Всё началось двенадцатого января тысяча девятьсот сорок пятого года в Калифорнии. Я Мюрей Джеймсон и мой друг Джонатан Белз владели одним небольшим, но очень популярным в нашем небольшом городе, книжным клубом. В тот день мы с ним остались на ночь, чтобы проверить некоторые работы наших фанатов, решивших продемонстрировать нам во всей своей красе их литературный талант. Честно сказать я уже не упомню те тексты, но то, что они были безграмотными и совершенно скучными, это, конечно же, не вычеркнуть из моей памяти.

Мой друг предоставил мне последнюю пачку, а сам отошёл по делам в уборную. Я же продолжил изучать их, ибо мой долг состоял в том, чтобы найти в этом мусоре колосок таланта. И вот мне на всё же попался один такой лучик надежды, работа некого Р. Стивенсона. Название очень странное, кажется "Вперёд по книжной тропе". Сначала я подумал о том, что это некая аллюзия на "Волшебника из страны Оз", но прочитав первые строчки понял, что тут скорее, что-то в духе мистера Г. Лавкрафта (мой отец очень лестно отзывался о его работах, а я, прочитав пару рассказов, не смог понять для себя понравился ли мне автор или нет).

"Завлекаемый будет поглощён бездной. Вечность он проведёт в пустоте наедине с его ночными кошмарами. Сила будет гаснуть вслед за последними мыслями о спасении. Лабиринт из книг ждёт..."

Последняя строчка показалась мне глупой. Нет ничего страннее многоточия в конце первого абзаца, словно бы за этим последует нечто выходящее за рамки понимания. А может это желание продолжить историю? Я в те времена часто ошибался.

Сидя за письменным столом я почувствовал, как по моей спине пробежал холодок. Бумага в моих руках стала мокрой. Совсем не понимая, что делаю и почему плачу, я встал из-за стола и направился в уборную к моему другу. Тогда-то меня окатило неведомым страхом. Что-то случилось, но я не мог понять, что именно. Моё сердце стало громко стучать в груди. Везде мне стали мерещатся тени неизвестных людей и существ.

Подойдя к двери я на мгновение остановился. До меня донеслись громкие звуки чавканья и хлюпанья, словно бы у ребёнка, лишённого манер, внезапно, разыгрался аппетит, и он набросился на свою собственную собаку. Затем я услышал отчётливый треск и хруст костей. Да, в тот самый момент я понял, что мои страхи не оказались глупой игрой воображения.

Я в приступе паники всё же смог найти в себе силы и схватился за ручку двери. Она не подавалась, хотя буду с вами предельно честным, попытавшись открыть её всего раз, я не решился на большие потуги. И вот отпрянув назад, я облокотился на книжную полку и, возможно, то было совпадение, но сейчас я в этом не уверен, в мои руки упала книга без обложки.

За дверью я услышал голодное урчание. Не в силах больше выносить столь безумной атмосферы и апатии я побежал к входной двери. Будучи умным и начитанным человеком, я понимал, что к чему: Кто-то устроил за мной охоту, а раз я дичь, то единственным моим выходом оставалось бежать за горизонт, туда, где меня не сможет настичь это неведомое зло.

Радуйтесь, что вы не попали в роман ужасов и не стали его героем. Радуйтесь, ибо вы сейчас, вероятно, находитесь далеко от меня, и читаете это сидя у себя в кресле перед камином. Хотя мне кажется, что, скорее всего вы сейчас стоите около моих сгоревших останков, но тогда и эти письма вы прочитать не сможете. Пускай я всё пишу зря, но я не могу больше остановиться, только это успокаивает мои нервы.

Дверь наружу, конечно же не открылась. Всё тщетно. Мои руки вспотели, к ногам словно бы привязали маленькие грузы, в груди всё сжалось. И тогда я совершил нечто совсем нелогичное. Нет, я не попытался взять стул и ударить им по стеклу, ибо верил, что, даже если бы я разбил его, то не сумел далеко уйти на своих двоих. Шум и топот ног только бы ещё больше усугубил моё и без того отвратительное положение. Ноги меня совсем не слушались, а вот руки...

Я открыл книгу, что упала мне в руки, и стал читать первые строчки. Желал я тогда умереть за чтением, полагаю прекрасная смерть для того, кто посвятил свою жизнь литературе. И тут я лицезрел на первой строчке лестницу. Большую деревянную лестницу. Она вся обмотана лианой, на её верхушке сидел человек в серой одежде, а над ним сияла полная луна. Я дотронулся до лестницы и очутился в книге. Но радость не настигла меня. Когда смерть следует за тобой по пятам, у тебя нет времени даже на созерцание прекрасного, ибо это может стоить тебе жизни. Новый мир грозил старыми бедами и неизвестность подливала масла в огонь разжигая в моём сознании новые страхи и сомнения.