Возвышение рода

Три дня у меня ушло на путешествие на поезде до Самары. Решил не жадничать и выкупил целое купе, чтобы избежать подозрительных попутчиков. К счастью, свободных мест в поезде было полно, поэтому муки совести совершенно меня не терзали.

Все свободное время я провел за изучением бумаг — карта Пермского княжества, оценка их сил, данные о секретных переписках, а также о самых влиятельных родах. В частности, меня интересовали те, что состояли в родственных отношениях с Родионовыми. Таких оказалось почти с десяток: Некрасовы, Морозовы, Чудиновы, Оборины, Лядовы… В общем, много. Конечно, я уверен, что и половина не поддерживает безумные идеи своих далеких родственников, но доверять никому из них нельзя. Так, хотя бы на всякий случай.

Поезд въехал в очередной город, и я невольно засмотрелся видом из окна: широкий разлив Волги, дома, обступившие реку со всех сторон. Чего только стоит возможность проехать через реку по мосту и увидеть эту красоту с высоты…

— Станция Самара! — в динамиках раздался мягкий голос проводницы.

— Это конечная, Миша! Пора выходить.

Я подскочил на месте, услышав голос Серпухова. Нет, определенно, нужно меньше работать. Последние трое суток я не отрывался от бумаг, и от переутомления уже начались галлюцинации. А еще мысли о доме и Маше…

Только когда сбоку показалось шевеление, я резко повернулся и активировал дар. Дверь в купе была открыта, а на пороге стоял Серпухов.

— Тише-тише, ты же не хочешь поджарить старого друга?

— Как? Я ведь надежно запер дверь.

— Миша, когда нам нужно, мы и дверь откроем, и где угодно найдем.

— С вашими возможностями уже бы давно сами разобрались и без меня, — огрызнулся я, вызвав на лице сотника лишь ухмылку.

— А ты не меняешься, все такой же неисправимый ворчун.

— Это всегда так, когда меня пытаются неприятно удивить.

— Не рад меня увидеть?

— Тебя — рад, но, скажем, это очень неожиданная встреча.

— Планы немного изменились. Повторю — это конечная остановка, нам пора выходить. Идем, пока поезд не отправился дальше.

— Неужели Великий князь решил отказаться от моей помощи?

— Как бы не так! — заявил Серпухов. — Есть целых две причины, почему нам лучше покинуть поезд именно в Самаре.

— Интересно было бы услышать их.

— О, это очень просто. Начнем с очевидного. Ты же не собирался ехать до самой Перми на этом поезде?

— Ну, вообще-то прямого рейса туда нет, но…

— Миша, — Серпухов остановился в тамбуре и сердито посмотрел на меня. — У нас серьезный противник, который следит за всеми сообщениями, включая и железнодорожное. Он ждет, что к нему в любой момент приедут незваные гости. Неужели ты думаешь, что они не проверят вокзалы?

— Хорошо, а вторая причина?

— А вот о ней ты скоро узнаешь, — отозвался сотник. — Мы должны проведать одного интересного человека. Это очень важно для твоего задания.

Машину ловить не стали. Значит, идти не далеко. Правда, уже через полчаса прогулки по улочкам Самары я усомнился в своей прозорливости. Все бы ничего, но Серпухов частенько водил нас по кругу, заметая следы и пытаясь избавиться от предполагаемой слежки.

Только через час мы остановились возле особняка на окраине города, обнесенного высоким каменным забором. Мне в память тут же запали каменные изображения дикого винограда, которые оплели каменные стайки забора. Если владелец этого дома был одаренным, в чем я особо не сомневался, он мог использовать эту лозу для защиты от незваных гостей.

Буквально сразу в воротах отворилась небольшая калиточка, и нас впустили внутрь. Проходя мимо виноградной лозы, я невольно пригнулся, чтобы она ненароком не коснулась меня.

— Проходите, Игорь Елисеич ожидает вас, — радушный дворецкий вежливо поклонился и указал рукой в сторону дома.

Действительно, не успели мы пройти по выложенной диким камнем тропинке, как на пороге дома появился его хозяин — сухопарый старичок с тоненькой седой бородкой и волнистыми волосами, которые он аккуратно зачесал назад.

— Какие гости! Проходите-проходите! — старик заметно метушился. — Позвольте представиться, Игорь Елисеевич Чудинов. Главный историк Казанского княжества, а по совместительству один из советников Великого князя.

— Советник Преображенских, — тут же поправил его Серпухов.

— Да. Увы, Рымин пока не спешит включать старика в список своих советников. Не удивлен, виной тому, скорее всего родство с его политическими оппонентами. Но я все же кое-чем могу вас удивить.

Чудинов? В голове сразу всплыл список дальних родственников Родионовых. Серпухов вообще в своем уме? Уверен, он знает куда пришел.

Пока мы устроились в креслах, стоящих напротив письменного стола, хозяин дома принялся расспрашивать о цели нашего визита. Серпухов отвечал сухо и было заметно, что он не очень хочет распространяться о цели нашего визита. Наконец, историк потянулся к книжной полке и извлек альбом в кожаном переплете.

— Это же артефакты! — выпалил я, когда увидел изображения в книге Чудинова.