Вознесение (ЛП)

Перевод: Rosland

Редактура: Бреган Д'Эрт

Русификация обложки: Alena Alexa

Стекло полосовало мою кожу. Под ночным небом я стремительно падал вниз. Время растягивалось, словно я летел в режиме замедленной съёмки. Кровь лилась из порезов, из раны в моём боку.

Мы должны были пожениться завтра, но теперь её нет. Вот что означало пасть: это означало утратить причину для существования.

Падение казалось вечным, всё чувство страха приглушилось, словно накрытое ватой. Моё помолвочное кольцо поблёскивало в ночи — маленькая полоска солнечного света во тьме.

По мере падения в ров неизбежность смерти пронизывала меня как кинжал. Это конец всему. Паника расцвела в моём сознании — страх незаконченных вещей и неотвеченных вопросов.

Наконец, я с силой врезался в мутный ров, и моя спина выгнулась от боли, а кости переломались от удара о воду. Резкий хруст прострелил мои ноги, мой позвоночник. Агония вонзалась в мой мозг шипами, лишая связных мыслей. Я думал, что мне надо выплыть на поверхность, но тело было слишком повреждено, чтобы нормально двигаться. В темноте я не мог различить, где верх, а где низ.

Погружаясь ко дну, я дрейфовал во мраке. Тёмная вода окружала меня, присваивала себе.

Вспышка золота сверкнула во тьме. Под поверхностью воды поблёскивало моё кольцо — яркая искра в мутной воде. Я хотел стащить эту проклятую штуку, но это стало бы пустой тратой энергии.

Это случалось прежде. Это всё уже случалось прежде.

Кровавые струйки смешивались с тёмной водой.

Я ещё был жив, и значит, по-прежнему мог выбраться из этой ситуации. Надо только отличить верх от низа, надо только приказать переломанным конечностям снова двигаться.

«Воздуха. Воздуха».

Мои лёгкие готовы были взорваться. Я не мог дышать, горло начало спазматично сжиматься. Я в отчаянии пытался работать переломанными ногами.

Смогу ли я вытащить себя из рва, впиваясь пальцами в грязь, прежде, чем утону? Что бы ни случалось в прошлом, я всегда находил выход.

Наконец, я сообразил, что сквозь поверхность проникали серебристые лучи света. Вот там верх. Я смогу добраться, если заблокирую боль в теле. Поразительно, но я до сих пор жив.

Но пока я плыл вверх, в моей груди зарождался ужас. Из-под воды я различил светлые волосы, спадавшие на чёрную рубашку. На берегу стояла Элис, окружённая строем Свободного Народа.

Как она умудрилась сюда попасть?

Как только я вынырну глотнуть воздуха, они вытащат меня. Меня ждал мир, полный боли.

Тремя неделями ранее

Вздохнув, я посмотрела на изогнутый ров внизу, его поверхность была тёмной и мутной. Под окном моей роскошной тюремной камеры в Железной Крепости три этажа из гладкого чёрного камня блестели в лунном свете. Я никак не смогла бы выбраться отсюда — ни впадинок между камнями, чтобы зацепиться за них пальцами, ни опоры для ног, чтобы помочь мне с побегом. Я провела здесь в ловушке долгие месяцы.

Несколько месяцев назад я была заперта в замке Саклас на утёсе у побережья Альбии. Это продлилось примерно пять дней. Затем четыре охранника вытащили меня посреди ночи и посадили в лодку. Они были в плащах и скрывали свои лица. Никто не разговаривал со мной, пока мы плыли по Тёмной Реке в Доврен, а я гадала, не казнят ли меня. Вместо этого они доставили меня обратно в город и заперли в Железной Крепости — месте, которое я видела издалека, но никогда не желала посещать.

Но я вынашивала план.

Я прижала ладони к холодному стеклу, мечтая о моменте, когда снова смогу бродить на свободе, пусть здесь всё и было чертовски блёклым. Зима расстелила свой морозный покров по миру, и лёгкий слой снега и льда покрывал всё вокруг. За рвом колючий и неухоженный сад расползался по земле вплоть до железных ворот. Это высокое и готическое здание прозвали Железной Крепостью из-за окружавшего его внушительного забора с острыми шипами. Может, скоро я окажусь на нём.

В настоящее время эта крепость стала другой. Железный забор наполовину разрушился, но ангельская магия оберегала здешнее место от непрошеных гостей. Войти получалось лишь тогда, когда кто-то изнутри пропускал тебя.

А что касается выхода? Я над этим работала.

Я слишком долго смотрела из этого окна, одетая в ту же ночную сорочку, которую носила месяцами. Никто не дал мне смену одежды, даже когда меня перевезли из одного места в другое. За последние несколько месяцев я запомнила каждый изгиб реки, которая вилась серпантином прямо за воротами. Сегодня над рекой клубился густой туман, пронизываемый тёплым светом газовых фонарей. Я едва могла различить два силуэта, шагавших вдоль берега.

Ноющая боль пронзила мою грудь. Может, я смогу увидеть другую живую душу…

Как было бы изумительно. Прошло как минимум два месяца с тех пор, как я видела кого-либо.