Право на жизнь

По-прежнему недоумевая, я вышла из экзаменационного класса. От двери отпрянули несколько любопытных носов. Сокурсники. Бывшие, нынешние? Никто не осмелился спросить ни что я здесь делаю, спустя столько времени после отчисления, ни сдала ли я экзамен. Впрочем, слухи здесь летят быстрее ветра, недолго им пребывать в неведении. Один студент на грозный оклик ректора Валдана все же просочился внутрь, бросив испуганный взгляд на остальных.

Лучшие ученики курса сдали экзамен еще вчера, неудивительно, что я не обнаружила Хельме здесь сегодня. Ни принца, ни Виларии, но у тех свои привилегии, независимо от успехов, наверняка тоже сдавали вчера. А вот огневичка Асанна, видимо, только что подошла к экзаменующимся, пропустив начало. Завидев меня, она побледнела, у меня же нехорошо закололо в пальцах.

Повисло гнетущее молчание, студенты и так держались поодаль, теперь же отодвигались еще и от стихийницы, заметив на ней мой взгляд. Оставшись без тылов, Асанна затравленно заозиралась вокруг, у меня же при виде ее испуга закололо еще сильнее. О, я прекрасно помню свой первый день учебы, эту злобную троицу, и как Асанна подпалила мне подол платья… Тут же припомнились и все последующие унижения, и тот самый кошмарный случай в Разнотравном саду. В груди против воли начало разрастаться что-то темное, нашептывающее, подчиняющее себе…

— Поздравляю, Нит-Истр, — тяжелая горячая рука опустилась на мои напряженные плечи, выводя из оцепенения. — Я провожу.

Не давая опомниться, меня уже мягко, но настойчиво развернули к выходу, уводя за собой. Постепенно ощущение тепла на плече успокоило темные искорки и они вернулись обратно, в черные воды моей бескрайней внутренней тьмы. Видимо, арн Шентия тоже заметил, что я наконец смогла расслабиться, убрал руку. И вовремя — впереди шла толпа студентов, а эта близость смотрелась довольно двусмысленно.

— Вы про экзамен? Вас ведь там не было.

Ни на экзамене, ни в те дни, что я безвылазно провела в отдельном домике под неусыпным взором своего временного куратора, мэтра Сарттаса. Да что там его светлость, про меня словно забыли все те, кто был мне дорог. Даже духи-повара не появлялись, уж им то что стоило! И зачем мне тут дальше тогда учиться, если все смотрят как на чумную?

— Или Вы знали, что все равно сдам? Мэтр Эрдис, мистрис Вэй, даже мэтр Ксавия турнир припомнил… Вы их подговорили?

— Все так, как должно быть, Ардина. Они сами приняли решение, иначе быть не могло. Ты не рада тому, что продолжишь учиться? Особенно теперь, с такой силой…

Я не сдержала грустную усмешку. Эта сила уже стоила мне друзей, перепугала добрую половину студентов, устроила такие разрушения… Нет, не рада, ваша светлость.

— Лучше бы ее вообще не было, чем такая.

Я ожидала, что арн Шентия, как и все темные преподаватели до этого, начнет возражать, убеждать, что при такой силе и чистоте магии тип ее не имеет значения. Что нет магии хорошей или плохой, полезной или вредной, важна лишь ее мощь. Что к такому подарку судьбы нельзя относиться с пренебрежением… Но нет. Арн Шентия лишь взглянул на меня с каким-то сожалением, и мне почудилось в этом сожалении что-то глубоко личное.

— Пригласишь войти?

Я и не заметила, как мы вышли в дальнюю часть территории Академии, где располагались преподавательские и гостевые домики, а также мое временное пристанище.

— Думаю, мне лучше вернуться в общежитие. Если я теперь снова студентка и…

Что «и…» я и сама не знала. Не объяснять же, что просто не хочу чувствовать себя здесь изгоем. Пусть студенты думают обо мне что хотят, сторонятся, но все же лучше там, поближе к жизнерадостному шуму и вечной суете.

Кажется, его светлость это понял.

— Мэтр Сарттас сказал, ты быстро осваиваешь контроль. Но лично мне десять минут назад так не показалось.

Я вскинула глаза на его светлость. Значит, не просто так увел, что-то заметил.

— Ничего не случилось. И не случилось бы. Я контролирую эту тьму… свою магию. А эта Асанна… Да мне наплевать на нее, просто неприятно было вспомнить.

Шентия вздохнул и покачал головой. Прошел вглубь гостиной и устроился на диване, будто настраиваясь на долгий разговор.

— Ты не видишь себя со стороны, Ардина. Как чернеют твои глаза, сереет кожа, даже волосы словно становятся темнее в те моменты, когда главенствует тьма. Я это уже видел. И видел последствия.

Я тихо опустилась в кресло напротив. До сих пор я была уверена, что пока черные язычки пламени не пляшут на кончиках пальцев, опасаться нечего, тьма под контролем. А на деле, оказывается, меня выдает любая мрачная мысль. Уж кому, как не главному дознавателю империи, такое было не заметить.

— Я работаю над этим, ваша светлость.

Мэтр Сарттас, которого приставили ко мне сразу после того, как я покинула больничное крыло, действительно уже научил меня многому. В первую очередь — усмирять хаотичные выплески магии в виде черного огня.