Война за Бакту

Посвящается Дэнису Лоусону, изначальному Веджу Антиллесу "Храни, судьба, веселых их, чтоб все домой вернулись…"

В мертвой тишине ночи негромкое шипение лазерного клинка прозвучало оглушительно. В серебристом сиянии мебель в комнате казалась сделанной изо льда. По стенам метались призрачные тени. Клинок то втягивался в рукоять, то выдвигался вновь, и тени шарахались в стороны, словно боялись света.

Корран смотрел на меч, зажатый в руке. Потом медленно повел клинком, удивляясь его легкости. Не сдержался, принял оборонительную стойку, чуть было не раскроив себе лоб взметнувшимся вверх мечом. Реликт ушедшей в небытие эры был по-прежнему смертоносен и по-прежнему пробуждал образы тех, кому принадлежало древнее оружие.

Хорн дважды нажал большим пальцем черную кнопку на рукояти, и клинок погас, вновь погрузив комнату во мрак. Да, образы проснулись, но Корран Хорн всерьез сомневался, что многие жители Корусканта разделяют его чувства. Конечно, практически для всех, включая самого Коррана, единственный оставшийся в живых джедай был героем и носителем древних традиций. Сейчас Скайуокер пытался возродить Орден, и многие желали ему успеха. Разумеется, кроме тех, кто боялся возвращения порядка и закона в Галактику.

И я желаю ему успеха. Корран нашарил в темноте кресло. Но я принял решение.

Чего скрывать, когда ему предложили бросить Разбойный эскадрон и стать джедаем, без чувства избранности и гордости не обошлось. Нечасто узнаешь нечто новенькое о своих родственниках. Забавно, что лазерный меч, обнаруженный Хорном в запасниках музея Галактики, принадлежал его деду - его настоящему деду. Корран оставил оружие себе на правах наследника. Как-то нелепо выходит: я - и вдруг джедай.

Что Скайуокер сказал правду, Корран не сомневался. Вероятно, его деда действительно зовут не Ростек Хорн, а Нейя Халкион, хотя Корран привык думать иначе. Ни в детстве, ни в юности он не слышал от своих родных ни слова о джедаях в их семье. И отец, Хэл Хорн, и дед, Ростек, оба служили в КорБезе, поэтому выбор карьеры был однозначен.

Корран с сомнением тронул висящий на шее медальон - талисман, который достался ему после смерти отца, чуть ли не единственное его наследство. Раньше ему не приходило в голову, что Хэл Хорн хранил медальон не столько на удачу, сколько из-за того, что на нем был изображен его собственный отец, Нейя Халкион, настоящий дед Коррана. Отец носил талисман в знак неповиновения Империи и уважения к своему родителю. Как и сам Корран, хотя и не подозревавший, что тут замешано нечто большее…

Лекция Скайуокера о коррановской родословной открывала широчайшие возможности. Вступив в КорБез в соответствии с семейной традицией, Хорн все равно посвятил свою жизнь тому же, чему служили джедаи. Он старался сделать Галактику безопаснее. Скайуокер доходчиво объяснил, что в качестве джедая Хорн сумеет предаваться любимому делу в еще большем масштабе. Искушение сказать: "Да!" и помчаться следом за Скайуокером во всю прыть было немыслимо, невероятно сильно. Все ждали, что он ухватится за заманчивое предложение. Никто даже не сомневался.

Корран улыбнулся воспоминаниям. Я думал, советника Фей'лиа хватит удар, когда я отказался, вообще-то я даже пожалел, что он на самом деле не протянул лапы.

Хорн мотнул головой. Как там? Недостойная мысль для джедая, и все такое? Корран был уверен, что в глубине души советник считал, что действует во благо Республики. Воссоздание Ордена укрепило бы шаткий союз и набросило бы покров ностальгии по Старой Республике на все, что делала ее преемница. А уж джедайкореллианин был бы недурным подспорьем в политических играх с Диктатом.

Скайуокер напрямик предложил войти в новый Орден, а советник Фей'лиа не усомнился в том, что Корран ухватится за предложение обеими руками да еще зубами вцепится для верности.

Хорн был согласен, что творить добро для большого количества народа дело милое и благородное, но оставались еще его личные долги чести, которые он еще не успел выплатить.

Он сбежал из самой охраняемой тюрьмы в Галактике, и все восхищались его подвигом. Но без помощи других заключенных он до сих пор бы дробил камень и наслаждался своеобразным гостеприимством Йсанне Исард. Он дал слово товарищам по несчастью, что вернется за ними. И собирался сдержать обещание. Тот факт, что тюрьма теперь находилась на орбите Тайферры, осложнял задачу. Шанс на удачу был мал. Я - кореллианин. Какое мне дело до шансов'?