Вояджер 2 (СИ)

Время и место неизвестно

Приятно вот так лежать в постели с закрытыми глазами. Ощущать, как земная гравитация чуть вдавливает тебя в мягкий удобный матрас. Повернуться на другой бок, когда покажется, что затекла спина. Поправить подушку или перевернуть её на другую, холодную сторону. В космосе ничего такого нет. Обуздать гравитацию, как любят писать в своих романах фантасты, человечеству пока не под силу. Жалкое подобие на вращающихся станциях не в счёт.

Только вчера я вернулся с орбиты, где проходил послеполётную реабилитацию. Длительные рейсы до пояса астероидов не проходят даром даже для моего тела, лишённого ног. И для мозга тоже. Не припомню таких удивительно подробных и детальных снов. Инопланетный корабль, тюрьма на Луне, перелёт в другую галактику, разрушенная планета, встречи с пиратами. Очень похоже на сюжеты из книг доктора Ливси. Жаль, что в реальности люди прикованы к своей звёздной системе. На ядерных и химических двигателях далеко не улетишь. Хотя до тюрьмы на спутнике Земли подбросят легко. Что-то меня не туда потянуло. Надо вставать.

Я попытался откинуть одеяло, но вместо него рука упёрлась в какую-то склизкую тёплую упругую субстанцию. Волна ужаса прокатилась по всему телу. Это был не сон. И корабль, и взрыв «Аресты», и аварийная посадка на Маддар — всё реальность.

— Пустота! — попытка выругаться не удалась.

Рот оказался заполнен жидкостью, дышал я тоже ею: никаких трубок к моему носу не подходило. От внезапного осознания такого положения дел мой организм инстинктивно попытался избавиться от попавшей внутрь воды, а в голове промелькнула жуткая мысль, что сейчас задохнусь.

Нужно успокоиться. Нужно успокоиться. Дыхание ровное. Я в медицинском центре. Хорошем, современном мадрибском медицинском центре. Меня поместили в специальную ёмкость, наполненную насыщенной кислородом жидкостью. Для проведения процедуры восстановления. А вовсе не для экспериментов. Ведь, правда? От этого предположения немного полегчало, но открывать глаза всё равно было боязно. Оставался ещё вариант с инопланетной тварью, которая меня проглотила. Но в желудке у неё должно быть темно, а я видел свет даже сквозь плотно прикрытые веки. Если только это животное не полупрозрачная медуза.

Разобравшись с мыслями и успокоившись, я открыл глаза. Жидкость оказалась довольно мутной, поэтому разобрать что-то за пределами кокона было невозможно. Я снова дотронулся до его стенки. Возможно, что первоначально она была гладкой, но теперь её внутренняя сторона покрылась слизью, ещё больше ухудшая видимость. Не исключено, что это результат расщепления продуктов моего метаболизма. Тогда дело плохо — забились фильтры очистки, или вообще вся система пришла в негодность.

Места внутри было не так много, руки не расправить и не вытянуть. Но достаточно, чтобы упереться ими перед собой. Будем надеяться, что сил освободиться хватит. Именно так. С тех пор как я очнулся, никто не спешил мне помочь. Если здесь нет персонала, то датчики-то какие-нибудь должны быть!

Я упёрся руками в переднюю стенку кокона и с силой надавил на неё. Она немного прогнулась, но поддаваться не спешила. Крепкая. Придётся использовать тяжёлую артиллерию, благо с недавних пор она у меня имеется. Если бы тут было стекло, то мне ни за что не удалось бы поджать к груди ноги. Ягодичные мышцы у человека самые большие, поэтому и самые сильные.

Мягкая стенка упиралась, но никак не хотела сдаваться. Великая пустота, ну давай же! Наверное, я бы взмок от напряжения, но уже и так находился в воде. Ещё чуть-чуть! Внезапно мне стало трудно дышать, жидкость окончательно потеряла прозрачность, стала вязкой. Похоже, что своими действиями я полностью вычерпал оставшийся кислород. Если сейчас не произойдёт чудо, то…

Додумать не успел. Стенка лопнула, ноги резко выпрямились, и я, не удержавшись, неловко вывалился из кокона.

Меня рвало водой, вода текла из носа, я задыхался, хрипел и судорожно хватал ртом воздух. Наверное, не так должна была проходить процедура перехода на другой источник кислорода, возможно, что вообще в бессознательном состоянии. Пытка длилась недолго, но мне показалось, целую вечность. Наконец, я в изнеможении упал на пол. Мысли отошли на задний план. Какие там инопланетяне, «Вояджеры» и Женьки Деяновы? Мне бы надышаться вдоволь.

Пол, в отличие от жидкости кокона, был холодный. А я голый и жутко мокрый. Через несколько минут меня начало знобить. Надо вставать и искать одежду. Скафандр, который был на мне во время спуска на Маддар, кто-то благополучно спёр, а новый находился очень далеко отсюда. Я очнулся точно не в своей любимой стазис-капсуле «Веясандара», не раз восстанавливающей нас с Женькой из любого состояния.