Вот и камень вернулся

Город пал.

Вообще-то он пал ещё часа два назад, но в проломе южной стены ещё дрались, и дрались ожесточённо — даже тогда, когда взят был замок и защищать уже было нечего. Наррок, донельзя этим раздражённый, уже дважды слал туда подкрепления, но воины откатывались назад, как волны от скал, оставляя лежащие тела. В третий раз генерал послал арбалетчиков в недавно захваченную угловую башню, надеясь, что острая сталь, падающая с неба, заставит обороняющихся хотя бы прижаться к земле. Но время шло, уже и солнце садилось, а непонятный бой всё ещё продолжался.

Генерал сошёл с тропинки, которую успел протоптать по вершине холма за время осады, и, прокашлявшись, обратился к Ставолло. Королевского мага генерал не то чтобы недолюбливал, а сторонился, и, пожалуй, опасался немного — маг мог молчать сутками, в бледных глазах ничего не отражалось, и невозможно было понять, что он на самом деле думает, думает ли вообще или пребывает в своём непонятном забытьи.

Маг выслушал молча, немного помедлил и пошёл вниз к городу, волоча полы одеяния по раскисшей земле. Генерал нетерпеливым жестом отправил за ним десяток воинов из личного резерва, стоявшего в ожидании, и вновь принялся мерить шагами холм, осточертевший за трое суток. Адъютант терпеливо следовал за ним. Наррок был бы рад завершить дело самостоятельно, не обращаясь ни к кому за помощью — в конце концов, война — дело воина, а на мага, но… Но король так же, как и генерал, не спал эти трое суток, дожидаясь, пока падёт упрямый город, и генерал чувствовал себя виновным в столь долгом ожидании.

Застучали по склону копыта — возвращался с отрядом наследник Ланзар. Понукая взмыленную лошадь, он улыбался тонкими губами — схватка возле западного бастиона всё ещё пьянила его; меч он держал на отлёте, загустевшая кровь темнела на лезвии.

Спешившись, он похлопал по шее лошадь и направился к генералу, на ходу приняв от ординарца бархотку для меча.

— Ну, и где ключи от этого городишки? — Ланзар подошёл и остановился рядом, аккуратно вытирая клинок. Генерал заметил неглубокую вмятину на кирасе наследника и покачал головой неодобрительно — пропущенный удар не делает чести воину, наследник слишком горяч, кидается в любую схватку, словно у него семь жизней…

— Сожалею, наследник Ланзар — пока мне нечем обрадовать ни тебя, ни повелителя… Хотя я надеюсь, что город будет нашим с минуты на минуту. — Наррок помедлил немного. — Я попросил помощи у мага, южная стена пока сопротивляется.

— Да-а-а? — Наследник поднял меч к небу, полюбовался тусклым блеском клинка. — Надо же, а я думал, что всё уже закончилось… Неужели остались ещё бойцы, с которыми твои рубаки не могут справиться? Может, мне самому стоит туда прогуляться? Ладно, ладно, не сердись… — Он вбросил клинок в ножны, похлопал нахмурившегося Наррока по наплечнику, белозубо улыбаясь. — По правде сказать, я опасаюсь, что наступит время, когда исход любого поединка будут решать маги. Что тогда будем делать мы с тобой, а, Наррок? В ножички играть? Для воинов не останется настоящей мужской работы. Да не дуйся ты, а то будешь похож на безутешную вдову…

Он повернулся и пошёл к королевскому шатру, подбросив в воздух испачканную засохшей кровью бархотку. Ординарец ловко поймал её на лету и поспешил вдогонку. Наррок молча поклонился вслед. Наследник не был похож на короля, да и сыном он ему не был. После давних и запутанных событий, о которых Наррок не хотел вспоминать, король, потерявший сына, вдруг объявил Ланзара наследником, и не нашлось никого, кто смог бы возразить повелителю.

Шум боя на южной стене внезапно стих. Наррок стремительно повернулся в ту сторону и успел заметить, как полыхнуло в проломе беззвучное синее пламя. Застывшие на мгновенье фигуры воинов выглядели на фоне этого сияния вырезанными из плотной бумаги, казалось — вот-вот займутся языками пламени и они, но холодная синева погасла так же неожиданно, как и появилась. Наррок подумал — да, трудно будет воевать, если маги возьмутся за дело всёрьёз. Хорошо ещё, что они редко считают войну занятием, достойным внимания…

Подтянулись часовые. Полог шатра откинулся, и король вышел под неяркое солнце, оглядывая окружающее своими круглыми немигающими глазами. Наррок поспешил навстречу, привычно удивляясь, что король в который раз почувствовал тот самый момент, когда наступает развязка.

— Повелитель, город взят. — Генерал склонил голову.

— Я знаю. — Низкий голос короля разнёсся над холмом. — Наррок, покажи мне кого-нибудь из тех упрямцев, что засели на южной стене. Живых.

— Да, повелитель. — Генерал повернулся к Родерику, своему адьютанту, тот поспешно сбежал вниз — и от подножия холма к городу кинулся всадник, только комья грязи полетели из-под копыт.