Восхождение. Эндшпиль

Игарсион сидел на своём троне и слушал пришедших к нему просителей. Зал уже был восстановлен, на нём красовались прекрасные знамёна Алого Заката, среди колонн находились и аристократы Вулиса, которые уже присягнули на верность возродившемуся клану.

Но больше всего странник преисподней ценил своих воинов. Когда-то они были слабы, их было мало, но теперь армия Вулиса сильнее всех соседей. Их вновь уважают, и никто не смеет смотреть на Алый Закат свысока, никто не смеет пренебрежительно относится к главе клана.

— Игарсион! — в зал в буквальном смысле ворвалась одна из проблем.

Теосифар опять чем-то был не доволен. Несколько воинов, которые сражались с главой клана ещё при шпиле, уже попытались перехватить идущего наглеца, с которым шли и другие воины Алого Заката. Конечно, стоит Игарсиону махнуть рукой, как этих проблемных сразу же повяжут как минимум за неуважение к главе, а следовательно, и к традициям клана. Но этого мечник делать не стал.

— Объяснись, Теосифар. Почему ты решил, что тебе дозволено врываться в королевский зал? Дождись своей очереди. Сначала я должен вынести решение по проблеме в одном из поселений под нашей защитой, — спокойно произнёс Игарсион, сурово смотря на своего боевого товарища сверху вниз.

— Нет, это ты объяснись Игарсион! — Теосифар действительно был чем-то разозлён. — Почему наши войска стёрли целый город в соседнем королевстве?!

— Неужели ты позабыл, что мы ведём войну?

— А может это ты позабыл, что мы не убиваем невинных?! В городе не было защитников, но один из генералов осознанно отдал приказ всё сжечь до тла, вместе с жителями! И я знаю, кто отдал ему приказ! Ты уже даже не пытаешься искать оправданий!

— Следи за своим языком! — от тона и неуважительного обращения Игарсион тут же вспылил. — Это война! Враги сделали бы тоже самое! Целые века они пользовались слабостью Вулиса! Теперь же сожжение города послужит уроком для всех остальных! К твоему сведению, война закончится куда быстрее и с меньшими жертвами благодаря моему решению. Так куда лучше.

— Лучше?! Ты наплевал на традиции, которые поклялся чтить!

— Я спас Вулис и не дал сгинуть Алому Закату!!! — бешено заорал Игарсион, от чего в зале разыгралась буря из чёрного пламени.

— Лелри Кармос не дал сгинуть нашему клану, передав знания следующим поколениям, — Теосифар отвёл взгляд от своего идола. — А ты повторяешь все те же ошибки. Алый Закат уже однажды поплатился за то, что предал свои идеалы и возжелал господства. Ты должен был защищать Вулис, а не покорять другие королевства. Теперь мне понятно, о чём говорил Барогур.

— Как ты смеешь! — вперёд вышел один из преданных Игарсиону воинов.

— Я покидаю клан, потому что не хочу быть причастным к этому безумию, — решительно произнёс Теосифар, после чего сорвал свою алую накидку и бросил на пол, так же сделали и его товарищи. — Ты опозорил даже наш символ.

— Схватить его! — отдал приказ один из командиров под началом Игарсиона, которого взбесило подобное неуважение к лидеру клана и к главному символу.

— Пусть проваливает, грязный предатель. Нечего об него марать руки, — едва сдерживая гнев, произнёс странник преисподней.

Слушание просящих пришлось перенести, потому что от злости Игарсион едва не убил Теосифара на месте. Демоническое пламя даже обуглило стены и обожгло некоторых гостей. Мечнику нужно было срочно уединиться и успокоится, иначе всё закончится плачевно. Порой Игарсион уже терял контроль над собой.

Вспышки гнева и агрессии в последнее время беспокоили чаще обычного, выходка Теосифара добила мечника окончательно. Как и всегда Игарсион уединился в подземной усыпальнице, где покоились все воины Алого Заката. Остановился глава Алого Заката у одного конкретного саркофага.

Лелри Кермос, ещё один ублюдок. Игарсион помнил его, когда-то он сражался с ним бок о бок против врагов Вулиса. Но когда-то никто не ожидал, этот засранец нанёс удар в спину. Именно он открыл брешь в магической защите крепости и позволил Барогуру явится прямо в сердце Алого Заката, устроить бойню. Весь клан оказался уничтожен из-за него, из-за того, что тот испугался возросшей силы. После в помощи отказал и Парящий Остров, который также не желал видеть возвышения клана. Эти трусы всегда боялись их, но теперь Игарсион не подпустит ни одного предателя слишком близко. Вся власть в его руках, всё решает лишь он.

— Тварь! — внезапно гнев переполнил мечника, от чего демоническое пламя чуть не обвалило подземные залы.

А вот рука с мечом вполне успешно разрушила саркофаг Лелри Кермоса, после чего его останки высыпались наружу. Этого предателя сделали символом, считали спасителем клана. Лишь Игарсион знал правду о том дней, но ничего не мог сделать. Даже самые преданные воины вдохновлялись этой мразью. Почему он должен мириться с этим и слышать это имя каждый день?!

— Мой господин, что случилось?! — один из преданных воинов нашёл Игарсиона в темноте, среди разрушенной усыпальницы.

— Приберись здесь, пожалуйста, — разбито произнёс мечник, осознавая, что вновь сделал глупость.

— Будет исполнено, — поклонился воин.