Волшебный квартет

 Инспектор Дрейтон сидел за письменным столом, как несокрушимая скала, и терпеливо ждал. Он был костляв, а его лицо словно вырубили из сучковатого чурбака. Глаза его, напоминавшие кремневые наконечники стрел, время от времени тускло поблескивали — он был сердит и расстроен. Но Питер Максвелл знал, что такой человек никогда не допустит, чтобы его раздражение вырвалось наружу. Он будет делать свое дело с упорством и бульдожьей хваткой, не обращая внимания ни на что.

 Именно такой ситуации Максвелл и надеялся избежать. Но теперь ему стало ясно, что он тешил себя пустыми иллюзиями. Конечно, он с самого начала понимал, что на Земле не могли не встревожиться, когда полтора месяца назад он не появился на станции своего назначения, и, естественно, у него не было никаких шансов вернуться домой тихо и незаметно. И вот сейчас он сидит напротив инспектора, и ему во что бы то ни стало нужно сохранять спокойствие и держать себя в руках. Он сказал:

 — Я, право же, не понимаю, почему мое возвращение на Землю могло заинтересовать службу безопасности. Меня зовут Питер Максвелл, я профессор факультета сверхъестественных явлений Висконсинского университета. Вы ознакомились с моими документами...

 — У меня нет никаких сомнений в том, кто вы такой,— сказал Дрейтон,— Может быть, я удивлен, но сомнений у меня нет ни малейших. Странно другое. Профессор Максвелл, не могли бы вы сказать мне поточнее, где вы находились все это время?

 — Но я и сам почти ничего не знаю,— ответил Питер Максвелл,— Я был на какой-то планете, однако мне не известны ни ее название, ни местонахождение. Может быть, до нее не больше светового года, а может быть, она находится далеко за пределами нашей Галактики.

 — Но как бы то ни было,— заметил инспектор,— вы не прибыли на станцию назначения, указанную в вашем билете?

 — Да,— сказал Максвелл.

 — Не могли бы вы мне объяснить, что произошло?

 — Только предположительно. Я полагаю, что моя волновая схема отклонилась от заданного направления, а может быть, ее перехватили. Сначала я приписал это неполадкам в передатчике, но потом усомнился. Передатчиками мы пользуемся уже сотни лет, и малейшая возможность ошибки была исключена давным-давно.

 — То есть вы полагаете, что вас похитили?

 — Если угодно.

 — И все-таки не хотите мне ничего сказать?

 — Но я же объяснил, что говорить мне, в сущности, нечего.

 — А эта планета никак не связана с колесниками?

 Максвелл покачал головой:

 — Точно сказать не могу, но вряд ли. Во всяком случае, там их не было. И я не заметил никаких признаков того, что они могли бы иметь ко всему этому хотя бы малейшее отношение.

 — Профессор Максвелл, а вы когда-нибудь видели колесников?

 — Всего один раз. Это было несколько лет назад. Кто-то из них стажировался в Институте времени, и я однажды столкнулся с ним в коридоре.

 — Так что вы узнали бы колесника, если бы увидели?

 — Да, конечно!

 — Судя по вашему билету, вы намеревались посетить одну из планет системы Енотовой Шкуры?

 — Ходили слухи о драконе,— объяснил Максвелл,— Правда, ничем не подтвержденные. И довольно смутные. Но я подумал, что имело бы смысл установить...

 Дрейтон поднял бровь.

 — О драконе? — переспросил он.

 — Вероятно, человеку, далекому от моей науки, трудно оценить все значение дракона,— сказал Максвелл,— Ведь пока еще не обнаружено ни одного реального подтверждения того, что подобное существо действительно где-нибудь когда-нибудь обитало. А ведь легенды о драконах — одна из характернейших черт фольклора Земли и некоторых других планет. Феи, гоблины, тролли, баньши — их всех мы обнаружили во плоти, но драконы по-прежнему остаются легендой. И любопытно, что у нас на Земле эта легенда бытовала не только среди людей. Легенды о драконе есть и у маленького народца холмов. Мне иногда кажется, что наши сказания о драконах мы заимствовали именно у них. Но все это лишь предания, и нет никаких фактов, подтверждающих...

 Он неловко умолк. Какое дело лишенному воображения полицейскому до легенд о драконах?

 — Извините, инспектор,— сказал он.— Боюсь, я несколько увлекся.

 — Мне приходилось слышать, что в основе этих легенд лежат воспоминания о динозаврах, дошедшие до нас от предков.

 — Да, я знаю о таких предположениях,— ответил Максвелл,— Но ведь этого не могло быть. Динозавры вымерли задолго до того, как появились самые отдаленные предки человека.

 — Но маленький народец...