Волки Новы

Лес был преимущественно лиственным. Согретый жарким летним солнцем, не шелохнулся кронами деревьев в отсутствие ветра, обступил небольшое озерцо, уютно обняв со всех сторон густыми кустами. Гладь воды зеркалом отражала берёзы и осины, синела от отблесков высокого неба, маняще сверкала в лучах солнца. Берега заросли тростником, но была среди серых камней, поросших жёлтым лишайником, узкая тропинка из гальки, уводящая прямо в яму глубокого омута. Людьми здесь и не пахло.

Парень вывалился из зарослей леса прямо к озеру, запыхавшись. Упал вначале на колени между валунов, что воротами окружили проход к долгожданной воде. А потом и вовсе рухнул в изумрудную траву от усталости. Бежал очень долго, а ещё бежать в три раза дольше. Надо отдохнуть, напиться и искупаться. Светло-зелёные большие глаза, как листы салата на грядке, полные размышлений и печали, устремились ввысь. Большой рот с чётко очерченным контуром губ расплылся в довольной улыбке. Он обожал физические нагрузки до изнеможения, а после них приятную истому отдыха, да ещё и с купанием.

Парень сел, стал стягивать свои рваные кроссовки. Мокрые зловонные носки кинул на раскалённый солнцем валун, чтобы подсохли. Встал на твердых стальных ногах, стащил старые спортивные штаны с вытянутыми коленками, порванные внизу и испачканные соляркой. Дальше отправил сушиться свои потрепанные серые семейки в красную полоску. Стянул грязно-зеленую футболку с желтым смайликом на груди, что веселился до слез. Предстал перед матушкой-природой в чем мать родила, как часть мироздания вокруг, он безупречно прекрасен в своей силе, пропорциях атлетического тела и бьющей чистым истоком жизненной энергии.

Затем он прошел по горячим камням, аккуратно развел в стороны заросли тростника и замер на краю глубокого озера. Зачерпнул мозолистыми ладонями кристальной воды и опрокинул её на свои темные отросшие волосы, зализав их назад. Поплыл по чистому теплому озеру. Перевернулся на спину, устремив взгляд в бесконечное высокое небо. Повернулся обратно и нырнул. На дне черного лесного омута кривой мрачной корягой покоилось старое дерево. Его омывали чистые воды бьющих из глубины ледяных родников, на нем селились водоросли, между хитросплетением старых ветвей плавали крохотные рыбки.

Парень сильно не напрягался, отдыхал, держась на воде, как звезда, распластавшись на озере. Чувствовал, как медленно охлаждается его тело, уже не колотится сердце от долгого марафонского бега. И когда купание закончилось, он выбрался на берег.

Не боясь обжечься, спокойно сел на горячий большой камень, внюхиваясь в чудесный аромат леса. И тут в сотню различных запахов нежданно-негаданно, как гром среди ясного неба, втесался легкий сладкий аромат. Этот дух заставил шевельнуться волосы по всему телу. Кровь в жилах застыла, и парень вздрогнул от холода, почувствовал, что умер на мгновение. А потом ожил, хватая ртом воздух, сердце ёкнуло и забилось в груди в бешеном темпе. Мышцы по всему телу наполнились небывалой силой. И теперь он точно знал, что на одном дыхании сможет добежать до пункта назначения. Небывалый прилив активности. И это только запах, а он уже сильнее стал, что же будет, если подойти к источнику этого манящего опьяняющего аромата.

Он стал спешно одеваться, откидывая мокрые пряди надоедливых волос с напряженного лица. Знал, почему его брата так иногда будоражит чужой запах. Это запах женщины, но не чужой, а той самой истинной пары на всю жизнь. Однажды почувствовав её, уже не избавиться и другим запахом не заинтересоваться. Это источник большой силы и больших неприятностей одновременно.

Он встал лицом в ту сторону, откуда исходил аромат, переплетенный с запахом бензина и пылью грунтовой дороги. Как невовремя. Ему надо спешить и знакомиться одновременно. Что, если это человек? Все, пиши пропало, с такой не договоришься, придется воровать, но уже не по дороге, а на обратном пути, поэтому нужно узнать, откуда воровать, где живет и с кем.

Хороший вариант, если взрослая женщина, пусть даже с детьми. Эти своих человеческих мужиков знают как облупленных, за надежностью и постоянством всегда готовы пойти. Такую точно уговорить можно, и насильно брать не придется, чего делать совершенно не хотелось.

Неплохо, если она еще ребенок. От такой мысли он даже почувствовал облегчение. Он успеет все в жизни наладить, обустроить, будет пасти её до совершеннолетия, а потом, как волк овечку, украдет к себе в логово. А можно и не пугать, познакомиться и приручить к себе за пару тройку лет, так что она с удовольствием за него пойдет.

Но самый плохой вариант, если это девка молодая, да еще и неопытная. Современные человеческие девицы ни умом, ни скромностью не отличаются, даже как с ними общаться, будучи без денег и в рваных кроссовках неизвестно, они же все как одна продажные и ушлые. Это он так думал, делая вывод из своего нелегкого малого опыта общения с людьми.