Волк в ночи

      Пытаюсь, сдержать свой плачь, чтобы не услышал голодный волк, который бродит рядом. Прячусь под корнями большого дуба, схватившись руками за голову, а коленями прижавшись к подбородку. Страх и волнение захватили мой желудок. Странные чувства ощущал внизу живота, хотелось хорошенько проблеваться, чтобы они пропали. Всё тело дрожало от холодной ночи и страха, я вот-вот стану ужином для хищника. Сильный снегопад тоже давал о себе знать. Если просижу ещё немного под этими корнями, то буду выглядеть как небольшой сугроб. Даже не знаю, что будет хуже: быть съеденным или замерзнуть насмерть.

      Как отец мог оставить меня в этом морозном лесу? Может, это я виноват? Я отвлекся на маленького оленя и решил полюбоваться им, и не заметил, как медленно походил к нему…. А папа не заметил этого, потому что всегда шёл впереди и всегда разговаривал со мной, но я ему редко отвечал, так как слишком часто погружался в свои мысли. Он давно к этому привык, и ему даже нравилось вести такой монолог с самим собой. Думаю, если он и заметил о моей пропаже, то через пару километров. И неизвестно, сколько я прошёл за этим олененком. Виноват в этой ситуация только я. Если бы поддерживал разговор с папой, то всё было бы по-другому. Сейчас не пришлось бы сидеть голодным и замершим в этих корнях, опасаясь за свою жизнь.

      Первые два часа, когда я понял, что потерялся, стоял на месте в надежде, что папа найдет меня, ведь в моей детской голове он представлялся в образе супер следопыта и охотника, который запросто найдет потерянного ребенка и голыми руками повалит медведя. Хоть он и действительно был таким, но без этих преувеличений. Он не смог меня найти в течение этих часов. Поэтому спустя эти два часа, я решил действовать сам. Надвигался закат, и для меня это было очень плохо, я бы сказал ужасно. Собравшись с мыслями, и вспоминая, чему меня учил отец, я направился по оставшимся своим следам. Шёл снег, но очень слабый и он не полностью замёл мои следы. Повезло, что ветра не было. Не знаю, сколько я прошёл, но через некоторое время зашёл в тупик. Не было никаких следов, словно здесь никто и не ходил. Я был удивлен этому, мне стало немного не по себе. Не могли же они просто так исчезнуть. Почему тогда последние следы хорошо видно, а затем просто чистый снег.

      Уже темнело, мне нужно было действовать, но что я мог сделать? Моё тело уже ослабло, а живот не давал покоя, постоянно требовал с меня еду, однако я ничего не мог ему дать. Все припасы и инструменты нёс папа. Мне оставалось надеяться, что ночью будет полнолуние без облаков, чтобы было хоть какое-то освещение, иначе мне не прожить в этом дурацком лесу.

      Я продолжал бродить по лесу в надежде увидеть огонёк фонаря вдалеке. Усталость всё росла и росла, хотелось просто лечь в этот чистый белый снег и заснуть, но я не проснусь в таком случае. Даже, если мне повезет не замерзнуть насмерть, то с дикими зверями может не повезти. Мне уже слышался вой волка, отнюдь я больше склонялся, что это просто ветер так подул, или же это какой-то другой зверь, а может и вовсе птица.

      Мои пальцы на руках уже онемели от холода, да и на ногах уже стали замерзать. Мои ресницы покрылись тонким слоем снега, с частичкой льда. Мои длинные волосы вылезли из моей шапки и легли мне на лицо. Я ощущал, насколько они оледенели, периодические замечал, когда они падали мне на глаза, что они обрели белоснежный цвет. Щёки уже горели от такого холода. Скорей всего они уже давно стали румяными, и внешне сейчас выгляжу, как снежный человек, но который не может перенести этот собачий холод. Мне ещё повезло, что я оделся теплее, чем обычно, так бы стал уже сосулькой.

      Солнце уже зашло за горизонт, и отдал смену старушке луне, меня это явно не радовало. Уже было достаточно темно, мне приходилось очень сильно напрягать глаза, чтобы увидеть, что происходит от меня через пару деревьев. И снова мне послышался вой, но уже вместе с быстрыми шагами. Меня это очень сильно пугало и напрягало. Появились мысли: «А что если за мной следит волк и выжидает нужного момента? Теперь он охотник, а я маленький зверек и он играет со мной, даёт призрачный шанс на побег, но он знает, что куда бы я ни пошёл – это будет бессмысленно, он везде меня найдет».

      Приходилось идти максимально медленно и осторожно, чтобы всматриваться в темноту и напрягать свой слух. Но мне хотелось ускориться, даже побежать, но из этого ничего хорошего не выйдет. Силы меня быстро покинут, и я стану легкой жертвой для диких зверей, особенно для моего серого соседа. Моё тело вспотеет и это означает, что я быстрее замерзну и погибну. Медленно идти тоже было не очень хорошей идеей по той же самой причине – холод. Всё же лучше так, чем бездумно бежать куда-то в темную даль, где ожидает неизвестность.