Хозяин волчьей стаи

— И? — спросил Андрей, недовольно прищурив глаза. Я устало вздохнула.

— Хорошо. Как скажешь.

— Сделаешь всё, как положено?

Я кивнула.

— Завтра же поеду в шале.

Старший брат тут же расцвел довольной улыбкой.

— Умница моя, — заключил он, оказавшись рядом и чмокнув меня в макушку. — Прости, что пришлось вмешаться в твои планы….Но ты знаешь, как это важно. И я не могу доверить столь ответственную задачу никому, кроме родных.

— Угу, — скривилась я, мысленно попрощавшись с двухнедельным оплаченным отпуском в Анапе. Между прочим, я на эту путёвку полгода копила… И теперь, за сутки до выезда, мне вряд ли что — то там возместят. Самое главное — кто мне возместит заслуженный отдых у моря?

Внутри меня бушевало раздражение — вполне законное, надо признать: я так давно мечтала о нормальном отпуске: о горячем песке, что обжигает ноги, об упоительном чувстве близости моря, о белой набережной и веселых отпускных днях…. Не судьба. Что ж. Долги надо возвращать.

Развернувшись, я уже пошла к выходу, когда Андрей меня снова окликнул.

— Настя, и раз ты всё равно будешь работать на клан… Может быть, хватит играть в независимость?

— О чём ты? — не поняла я.

Брат сделал неопределённый жест рукой.

— О твоей глупой работе, съемной комнате и всём прочим.

Внимательно вглядываясь в глаза самого близкого мне существа, я пожала плечами.

— Он прав, Андрей. Я не принадлежу клану, а потому…

— Ты — член моей семьи, — рыкнул старший братец. — Меня не волнует, нравится Ему это или нет.

— Андрюш, — позвала я, прекрасно осознавая, что мой брат сейчас несколько….преуменьшает влияние своего «начальства» на нашу жизнь. — Не начинай, хорошо? Я всё сделаю, как ты просишь. Но назад не вернусь.

Брат устало потёр шёю.

— Я понимаю, Насть, ты обижена и раздражена. Понимаю всё, что внутри тебя творится. Но, пожалуйста, не отталкивай меня, хорошо?

Я пожала плечами, как бы говоря, что вовсе я никого не отталкиваю.

— Поговорим об этом после Встречи, — устало вздохнул Андрей. — Займись шале.

Я вышла из офиса брата морально опустошённая. Черный джип, припаркованный возле входа, лениво моргнул фарами два раза.

— Настя! — заметив, что я не среагировала, позвал меня водитель джипа. Ваньку я знала ещё со школы — вот оно преимущество жизни в небольших городках.

— Садись, — предложил Андреев водитель, пояснив: — Распоряжение Андрея Вячеславовича.

— Интересно, когда он только успел, — буркнула я, направляясь к машине. — И ведь знал, зараза, что я соглашусь.

— Он надеялся. — Произнёс Ванька, заводя машину. — Ты же знаешь, мы не подпускаем близко чужаков. А тут такое дело: не каждому своему доверишь.

— А я вообще то и не в клане, — заметила я, усаживаясь на переднее сидение рядом с водителем.

— Официально — ты наша, — заметил настырный бывший одноклассник.

— Вань, — отмахнулась я, — а то ты не знаешь, как всё обстоит на самом деле.

— Ты слишком бурно реагируешь.

— Я нормально реагирую, — разозлилась я. — Хотя, может быть, для вас и не нормально. Я ведь кто там…недобитая человечка?

— Настя….- простонал Ванька. И мне моментально стало стыдно.

— Прости. Прости, пожалуйста, — покаянно обратилась я к своему школьному товарищу. — Прости. Нервы ни к чёрту.

Ванька, который хорошо знал обстоятельства моей жизни, понимающе кивнул.

— Всё уладится, Насть. Вот увидишь. Только не иди против семьи.

А я и не собиралась. По крайней мере, не в этом месяце.

Если честно, то когда то я, молодая и глупая, по наивности считала клан своей семьей. Близкими родственниками. Если они все родственники Андрея, а Андрей посчитай мне старший брат, то логично же и всех остальных записать в родню, не так ли?

Но очень скоро, мне объяснили, что не так. Так уж вышло, что я рано осталась сиротой — когда мне едва исполнилось 11 лет, в машину родителей врезался грузовик. Вместе с моими родителями в машине ехали их друзья и наши ближайшие соседи — родители Андрея. Андрей, старше меня на 10 лет, тоже не сразу поверил в произошедшее, но когда надежды не осталось…. Позаботился обо всём. И принял меня в свой дом в качестве младшей сестры. Я до сих пор помню тот ужасный дождливый черный день, когда, кажется, невозможно уже жить дальше, когда новый день пугает и отвращается будущим неизбежным унынием одновременно…. А ещё это пожирающее покой чувство неуверенности — куда меня отправят? Найдут ли каких — то дальних родственников (бабушек и дедушек у меня не было), или отправят в детский дом и я навсегда распрощаюсь с родительским домом?

Именно тогда ко мне в комнату пришёл внезапно на много лет повзрослевший Андрей и спросил, пойду ли я к нему жить.

— Станешь мне сестрой, — пояснил он, избегая моего взгляда. — Хочешь, отправлю тебя в пансион… Куда — нибудь за границу.

-..А здесь остаться нельзя? — тихо спросила я, ловя взгляд соседа. Молодой человек покачал головой.

— Я тебя не неволю. Хочешь — оставайся в нашем городе.

— А квартира? — спросила я, с тоской оглядывая нашу скромную двушку.