Волчица (СИ)

Волчица.

Не представлял…, не понимал,

Хоть часто вглядывался в лица,

Что это будет как обвал –

Твой встречный взгляд…, твой взгляд Волчицы.

Стекала улица — река

К моим ногам чужим прощеньем,

И рисовали берега

Тебя на окнах отраженьем.

Через размыленность стекла,

Сквозь водопады дождевые,

Ты неожиданно вошла

В мой мир, где мы еще чужие…

Коснулась тканями плаща,

Я это в памяти отмечу,

Когда как всплеск, из-за плеча

Рванулся взгляд твой мне навстречу.

Такой лазурью обожгла,

Такой улыбкой опалила –

Как в зеркала — глаза в глаза,

Где волчья суть и волчья сила!

Зрачок сужался и дрожал,

Роняла осень позолоту,

Я был сильней — поцеловал:

Волчица вышла на охоту?

Не одиноко средь людей?

Они же все другого толка…

Я стану ближе и родней,

Когда во мне увидишь Волка!

Легла ладонями на грудь,

И запах стаи узнавая,

Шептала мне: Когда-нибудь…

Сейчас нельзя. Сейчас — чужая…

***

Промок

Промок асфальт до отраженья

Под желтым всхлипом фонарей,

И показалось на мгновенье –

Согрей…

На листьев плоские узоры

Ложился дождик, словно взвесь…

В каком окне вздохнули шторы? –

Я здесь…

И тишина плащом шуршала,

Слоился воздух слюдяной,

Кому опять ты прошептала? –

Ты мой…

Обняли сумерки за плечи,

И словно дрогнула свеча,

Когда спросил я в этот вечер –

Ты чья?

Какой нечаянной звездою

Ты опустилась в этот мир?

Заплакал кто-то надо мною –

Забыл…?

А я стоял под фонарями

И в листопадной маяте

Искал замерзшими губами –

Ты где?

Сильнее дождь стучал по лужам,

И чьи-то таяли шаги,

Твой голос был слегка простужен –

Найди…

Беззвучно тлела сигарета,

Мне осень возвращала вновь

Мою, потерянную где-то –

Любовь…

***

А ты умеешь шить?

А ты умеешь шить суровой ниткой?

Давай скроим с тобою паруса –

Не думая — последнею попыткой

Начнём все заново, как с чистого листа…

И стрелки на будильнике вернутся

По кругу к абсолютному нулю,

И, в общем-то, останется проснуться

За триста лет, в каком-нибудь порту.

Приладим паруса на бригантину,

Наймём команду из лихих бродяг,

И выйдем в море, (лишь бы ветер в спину),

Подняв на рее флибустьерский флаг!

Я буду капитаном и при шпаге,

И вглядываясь вдаль из-под руки,

Доверю синеглазому салаге

Искать на горизонте корабли.

Догоним “золотые” галионы

И, в абордажный сваливаясь бой -

За звонкие реалы и дублоны

Испанцы нам заплатят головой!

У ног заплачет юная графиня,

Склонюсь над ней, оценивая “приз”,

И скажет юнга: “Господи… богиня!”

А я отвечу: “Отведи-ка вниз.”

Я буду в её жизни самым первым,

Мальца поставив стражем у дверей,

И станут через стоны бить по нервам

Мальчишкины рыдания о ней…

С утра щенок получит в назиданье

Затрещину, по сжатым в нить, губам,

Но вымолит, негодный, обещанье,

Что девочку команде не отдам…

Скитаясь по Карибским перекрёсткам,

Рискуя жизнью, (что ж, такой удел!)

Я как-то неожиданно и хлёстко

Пойму вдруг, что к мальчишке прикипел…

Достанутся нам рубленые раны,

В отметины от пуль — морская соль,

И “жирная” добыча — караваны,

И свет звезды по имени Алголь…

Но старости пиратам не дождаться

И, прерывая смену славных дней,

Нам выпадет смертельно огрызаться

В капкане королевских кораблей.

Сбивая мачты, парус выжигая,

В упор ударит бортовой заряд,

И я скажу, салагу обнимая:

А знаешь, парень… ты мне был как брат!

А он собой осколки собирая,

Меня закроет из последних сил –

А жаль, ты не узнаешь… я какая…

А ты всегда… моим любимым был…

***

Попрошу

Попрошу у отражения зеркал –

Поделитесь со мной жидким серебром,

Я обычным человеком быть устал –

Вы в мои ладони влейтесь волшебством.

Пусть по венам растекается стекло,

Дайте взгляду окунуться в глубину,

Чтобы сердце стало хрупким и смогло,

Затаив дыханье, слушать тишину…

Став прозрачным, отыскать в себе следы –

Свет улыбки и ожоги твоих глаз,

Потому что зазеркалье — это ты…

Потому что ты в душе моей сейчас!

И любуясь в отражение свое,

Только пальцами дотронешься стекла,

Ты почувствуешь дыхание мое

И не вырвешься уже из волшебства.

И уколется, и вздрогнется в груди

Птица-сердце… и зальется соловьем.

Самым сладким будет яд моей любви,

Когда мы с тобой останемся вдвоем…

Когда ты ко мне, хорошая, придешь,

Когда выпустит меня зеркальный плен,

Даже если волшебства святая ложь

Мою душу заберет себе взамен…

Потому что мне покажут зеркала,

Рассыпаясь льдом под ноги мои в крошь -

Мое сердце из хрустального стекла

Ты когда-нибудь небрежно разобьешь…

***

И убаюкивать

И убаюкивать печаль…

И перекладывать построчно…

И удивляться — как неточно

Сюда вписалось слово “жаль”…

И укрываться тишиной,

И зло срывать на каждом звуке,

И, лишь, в глухом сердечном стуке

Искать бессмысленный покой.

И слов звучанье разлюбить,

И мрачно сплевывая в ноги,

Признаться, что стихи убоги,

И не имеют права жить…

Прижаться к влажному стеклу,

И кожи пламя остужая,

Твердить ему — она чужая!

Но без нее я не могу…

Перекурить. Потом опять

Переитожить все, что можно,

Из жизни вычеркнув безбожно

Способность что-то понимать…

И через сумеречный звон,

Квартиру вымеряв шагами,

Понять, что стали мы врагами –

Я и безмолвный телефон…

Не раздеваясь, лечь в кровать,

Спускаясь в шорохи планеты,

И верить сну, в котором — Где ты?

Я не хочу тебя терять!

***

Волчье

В твоих ладонях — пластилиновым,

В твоих горячих — словно воск,

И запахом волос жасминовым

Дуреет обнаженный мозг.

Еще попыткою оскалиться