Волчица и кот

...Ее Великолепное величество Антонина ХХХ, императрица Амазонии, пребывала в весьма и весьма невеселом расположении духа.

И тому были серьезные причины. Нет, не экономических кризис, разразившийся на двух из двухсот с чем-то планет империи женщин-воительниц, не пограничный конфликт с Дзинтари, и уж тем более – не очередные мелкие безобразия, творимые кое-где поднимающей голову Лигой за равные права (тьфу, противные маскулинисты!)

Сейчас ей предстояло издать рескрипт, котором будет решена человеческая судьба – причем судьба человека, ей не чужого. Конкретно – ее родной дочери, наследной принцессы Милисенты.

Злая ирония была еще и в том, что это был третий по счет такой рескрипт за последние две недели.

Ровно две недели назад ей пришлось примерно наказать охранницу гарема, уличенную в том, что, подделав ключ для пояса целомудрия, полагающегося персоналу всякого уважающего себя сераля, она нагло пользовалась мужьями Антонины.

Каждую из охранниц она знала в лицо, у многих даже бывала на днях рождения и свадьбах, некоторые служили во дворце семьями, и уже не одно поколение (именно из их числа была провинившаяся девица), и подобный поступок довольно-таки сильно задел императрицу... Еще хуже – что невоздержанная воительница была правнучкой самой Эрданы Хао, спасшей в свое время Антонину Великую. Это и решило ее судьбу – вместо того чтобы получить сто плетей и быть с позором изгнанной, императрица ограничилась простым разжалованием с запретом содержать гарем, сроком на три года. «При прабабке эту распутницу, пожалуй, могли и на кол посадить, а теперь даже в тюрьму не посадишь!» – с неудовольствием подумала Антонина.

Пять дней тому ей на конфирмацию принесли приговор уличенной в крупной контрабанде генералу тыловой службы Иолантой де Сент-Люсия. Все бы ничего, но Иоланта была ее старой подругой – еще по Особой эскадре. Причем, де Сент-Люсия были семейством богатым, и генерал вовсе не умирала с голоду. (Список предметов роскоши, которые она купила на вырученные от незаконной торговли деньги, занимал три страницы распечатки.) Антонина понимала, что если она спустит дело на тормозах – скажут, императрица покрывает старую подругу, но также и то, что если прижмет как следует – пойдут шептаться, что даже старую подругу не пожалела. И так и так плохо. Лишение чина, пять лет ссылки на отдаленные луны с бессрочным запретом появляться в столице – это ее подарок той, с кем полтора года делила каюту.

Да, вредная у монархов работа! И никаких тебе льгот и досрочной пенсии! Куда только смотрят амазонийские профсоюзы!

Но вот то что случилось три дня назад... Да – вот этого она ожидать не могла никак.

Задумчиво она пробежала глазами рапорт командирши «Бешеных кошек» и послание со Старой Земли (одной из пяти наиболее вероятных претенденток на этот статус), из дирекции лучшего в Ойкумене женского лицея, где обучалась (до недавнего времени) ее старшая дочь – принцесса Милисента.

Да Лилит вас всех возьми!! Можно было и не читать – прочем, подробности этого скандала были ей хорошо известны и без письма – о нем уже не первый день трещали все информационные каналы двух десятков, как минимум, миров (к счастью, в Амазонии не принимавшихся).

Тем рейсом, что прибыли эти бумаги, прибыла и сама Милисента, теперь сидящая под замком в одном из дальних крыльев дворца.

Да, уж сюрприз, так сюрприз.

– А в ее-то годы я была скромнее, – подумала Антонина. Только-только начала по чужим гаремам лазить. Свой правда завела рано...

Она хмыкнула. Причина, по которой ей пришлось срочно обзаводиться гаремом, и причина, по которой произошел скандал на Старой Земле, была одна и та же, и звалась Милисентой.

И где теперь тот красавчик из ново-русского посольства? Должно быть, стал обрюзгшим, расплывшимся чиновником, изнуренным государственными делами до полной импотенции.

Может, это в ней проявились гены уроженца патриархального мира?

Или – правы были те, кто не одобрял того, как она воспитывала Милисенту?

Что есть то есть – сама она была воспитана совсем по другому – ее воспитывала мать, точно так же, как ее саму воспитывала бабка, теми же «добрыми старыми методами».

Подъем в пять часов, обливание ледяной водой, завтрак из ломтя хлеба и кружки кофе, бег с препятствиями, бег с завязанными глазами, стрельба, а позже – пилотирование с загрубленным противоперегрузочным устройством. Потом зубрежка до вечера – геральдика, история самых знатных родов, история империи. Но главное – стратегия, тактика, и уставы, уставы, уставы...(«Мы должны быть сильными и воинственными, дочка, ибо живем в мире извращенного патриархата»).

И не дай богиня отступить от старых добрых обычаев хотя бы в малости!