Вопреки здравому смыслу

/Василий

Паром-баржа, под завязку забитый пассажирами и транспортом всех мастей, коснулся причала, палуба покрытая толстым металлическим листом дрогнула и покачнулась под ногами.

Василий Хлебодаров, прижимая к уху айфон, шагнул к внедорожнику, легонько потянул за ручку автомобильной дверцы.

В лицо вдруг ударил резкий порыв ветра, пахнуло дождем. Неужели ливанет? По прогнозам осадков не ожидалось. Прищурившись, поднял глаза к небу глаза, в глазах рябило: насмотрелся за время переправы на ослепительные солнечные блики, на воде.

Да, дождь похоже будет, со стороны Рыбинского водохранилища, стремительно надвигается темная туча.

Женщина в смешной шляпке, пробиралась между машинами, задела его плетеной сумкой, споткнулась и шарахнулась в сторону.

— Простите, я не хотела, — произнесла с придыханием и, торопливо посеменила к борту баржи, испуганно оглядываясь.

На подобные реакции на себя, впечатлительных персон, Василий не реагировал. Ну пугаются его иногда, есть чего испугаться: гора мышц, под метр девяносто ростом стрижка короткая — практически под ноль. Шарахнувшаяся дама, наверняка приняла его за бандита какого-нибудь, вряд ли ей могло прийти в голову, что перед ней, владелец крупного медицинского центра и сети клиник. Возвращающийся, с медицинской конференции.

— Навигатор, что показывает? Приблизительно котором часу ты планируешь быть у нас? — веселый голос, невестки, или как там правильно жена брата называется, напоминает о себе из недр трубки.

— Ир, ориентировочно часа через два с половиной, подъеду. Начинайте праздновать без меня, я не обижусь.

— Что значит без тебя? Без тебя никто и за стол не сядет, — возмутилась невестка Ирина, — Осторожнее на дороге, не гони, мы подождем. Мы же не торопим, просто Женька просил позвонить, узнать о твоих планах, чтобы мангал к твоему приезду развести. Вот он сам идет, сейчас передам трубку! Жень, поговори с братиком, я пойду гляну, что там на кухне! Секунду, руки вытру и поговорю, — долетает голос Евгения.

Баржу больше не качает: прижалась к причалу, накрепко зафиксированная толстыми канатами.

Из рубки просигналили протяжным гудком, и вот, наконец, — басовито загрохотал железный настил, первый автомобиль съехал на сушу, следом за ним, с ревом скатился сверкающий в лучах солнца, хромированный байк.

Василий занял место за рулем, вставил ключ в замок зажигания.

— Васька, привет! Ты где? — бодро грянуло в ухо.

— Привет юбиляр, только что переехал на пароме через Волгу, теперь по прямой, никуда не сворачивая, к вам.

— Ясно. В пять разжигаю мангалы. Ты один едешь?

— Нет, везу с собой всех участников конференции, — усмехнулся Василий, трогая с места джип. Крутанул руль вправо, пристроился в хвост очереди на выезд.

— Всех не надо, а одну участницу мог бы прихватить. Чисто порадовать отца, он сам знаешь: обеспокоен отсутствием рядом с тобой спутницы жизни. А я, откровенно завидую. Шучу. Как подъезжать будешь, звякни, я мясо начну жарить, чтоб к твоему приезду приготовилось.

— Договорились, позвоню от развилки, — Василий отбил вызов, и в этот момент по капоту и крыше, застучали первые крупные капли дождя. А через считанные минуты, дождь уже не стучал — барабанил, хлестал по стеклам, наполнял до краев городок, всплескивался, стремящимися к реке потоками. По этим потокам, скакали промокшие до нитки прохожие.

Ливень. Настоящий летний ливень. Здесь, на левом берегу Волги. До правого берега туча не дотянулась, там чистое голубое небо, надо же….

Автомобильные щетки — дворники, едва успевали смахивать дождевую воду с лобового стекла. Василий включил сигнал поворота, притормозил перед въездом на объездную дорогу. Боковым зрением выхватил, за стеной дождя, какое-то копошение под растущим у обочины развесистым деревом. Твою мать! Женщина средних лет, и двое ребятишек мальчик и девочка, укрылись под кроной. Нашли где укрыться, с веток ручьями течет, дети насквозь вымокли!

Вроде бы его не касается, ну промокли какие-то чужие дети, он то, здесь причем, но не смог спокойно проехать мимо.

Крутанул руль, переключил сигнал на аварийный, прижал джип к обочине, нажал на стеклоподъемник.

— Давайте я вас подвезу! — крикнул перегнувшись через пассажирское сиденье.

— Мы вам салон перепачкаем, — нерешительно откликнулась женщина.

— Бабуль, как же мы перепачкаем, когда нас дождем помыло? — звонко возразил мальчик, восхищенно уставившись на большой автомобиль.

— Степа, мама говорила, что к чужим машинам, подходить нельзя! Забыл? — сквозь шум дождя, долетел голосок девочки.

Холодные брызги летели в приоткрытое окошко. В окно, мать его, а как там, под превратившимися в трамплин для воды ветвями дерева?

— Послушайте, вы же так детей простудите! Ничего не случится с салоном, запрыгивайте в машину! — громко проговорил, теряя терпение.

Женщина наконец решилась. Что-то сказала детишкам, взяла их за руки, и, троица шлепая по лужам, припустила к джипу.

Василий перегнулся через спинку кресла, открыл заднюю дверцу.