Властитель мёртвых - 2

— Мр-р-р… — Басовитое урчание заставило Сергея сильнее натянуть одеяло себе на голову.

— Мря-у! Мр-р-яу! — Таби издала урчащий, раздраженный звук и встала двумя передними лапами на кровать Сергея, матрас угрожающе скрипнул, промявшись в сторону кошки.

С момента проведения ритуала на самом себе, прошло целых две недели. За это время уже никто не мог перепутать Таби даже с очень большой кошкой.

Да и сложно считать кошкой животину, спина которой на уровне твоего пояса. Мататаби росла не по дням, а по часам. Мяуканье и мурчание сменилось грудными взревами и басовитым гудением, будто работает мотор на низких оборотах.

Это лишь подтверждало ту простую истину, что от обычной кошки в Таби осталось до безобразия мало. Черные рожки, заметно выделяющиеся на белоснежной шерсти, немного загнулись назад, придавая ей некий инфернальный вид.

Во всяком случае в народе, по словам Уокера, что со смехом это рассказывал, у Таби закрепилась устойчивая кличка: Демонический тигр, или демоническая кошка. Некоторые даже звали ее демонической львицей, но так меньше всего.

При этом, если раньше ее можно было подкармливать тушенкой, то теперь это было просто бессмысленно. Перерасход ценного, по нынешним временам, продукта случался просто дикий. Бездонная утроба успевала проголодаться пока открывалась новая банка.

Поэтому теперь кошка ела или привозную дичь, которую тащили в поселение группы охотников, или ловила уже сама.

Причем Сергей отметил, что больше всего ей нравилось самой поймать и убить добычу, чем есть уже пойманную.

Также особо нелогичным виделось ее непременное желание, именно сразиться с добычей и лишь после этого убить ее и съесть. Сергей насколько помнил и знал, животные предпочитали убивать и съедать лишь столько, сколько необходимо для выживания.

Вот только Таби выбивалась из этих рамок. Каждое новое сражение с мутировавшим зверьем приводило ее в восторг. Прыжки, удары и брызжущая во все стороны кровь. Мутировавшая кошка была неопытной, но с каждым сражением она набиралась опыта и силы. Ее движения становились точнее и грациознее.

Иной раз Сергей готов был поставить на заклад свой меч, она именно красовалась перед ним, пытаясь как-нибудь понеобычнее убить очередную хищную тварь.

Из некоторых боев она выходила и с ранами. Кровавые канавки от когтей твари чем-то похожей на собаку. Ну как похожей. От собаки там были четыре лапы и оплывшая морда, очертания которой смутно напоминали псиные.

Почти оторванное ухо от хлыстов необычного растения, что проклюнулось в торговом центре. Тому растению не требовался свет для жизни. А вот свежую или пусть несвежую плоть он уважал. Сергею пришлось скреплять ухо, чтобы оно правильно срослось.

Но чего у Таби было не отнять, так это чудовищной регенерации. Конечно, она не дотягивала до параметров своей матери. Вот где, была по-настоящему невероятная сила, что давалась магией жизни. Правда, это не мешало ей буквально в тот же день беззаботно бегать даже после самых сложных боев.

Инстинкт охотницы четко в ней проявлялся. И Сергей даже начал испытывать легкие опасения, пока не понял, что все это она испытывает лишь при охоте. Стоит вернуться в поселение, как кошка тут же бросает свои кровожадные замашки. И превращается в ласковую двухсоткилограммовую кошечку, что так и норовит устроиться у хозяина на ногах. И ей глубоко плевать, что по размерам она как бы не превышает собственного человека.

Лейтенант как-то застал картину как Сергей ругался на чем свет стоит после того как Мататаби запрыгнула ему на колени, чем вмяла стул в пол вместе с ним. А сверху распластавшегося Сергея аккуратно сидела Таби.

Со слов Уокера, вид в тот момент у нее был максимально невинный.

Новый мир перекроил старые законы. Теперь если животные хотели выжить им приходилось подстраиваться, эволюционировать. Правила были едины для всех обитателей обновленной планеты Земля: убивай и становись сильнее. Стал сильнее? Убивай, тех, кто также силен. Ведь может найдется тот, кто сильнее вас всех… И будьте уверены, он не пощадит никого.

Немаловажным вопросом было и присутствие охотников на мутировавших животных. Спрашивается, откуда возьмется дичь для целой профессии охотников на животных-мутантов?

И тут стоит остановиться на том, что по большому счету никто доподлинно не знал откуда взялось столько зверей в городе. Предположений и теорий было множество, но стопроцентный ответ не мог дать никто.

Нью-Йорк — это большой город. Человек же такое существо, что не приемлет вблизи своих жилищ каких-либо зверей способных ему навредить даже в малости. Следовательно, даже рядом с городом диких зверей попросту не было. Они бы не выжили в опасном соседстве с мегаполисом.

Но с каждым днем после апокалипсиса количество мутировавших тварей неуклонно росло. И если вначале многие списывали это на непонятную миграцию немногочисленных диких животных внутрь города, затем на мутацию уже существующих. То теперь не было сомнений, что дело в другом.