Властелин островов

Организация имеющего шансы на успех полноценного боевого похода даже в условиях средневековья – задача непростая и посильная далеко не всякому. В особенности, когда отряд у тебя сводно-сбродный и очень немаленьких размеров. Я рассчитывал примерно на тысячу двести – тысячу пятьсот голов на восемнадцати-двадцати кораблях. Пускай даже, что часть из этих кораблей транспортные.

Успех для моего возраста? Без сомнений. Однако очень значительная часть этого успеха базировалась на помощи дедули и его окружения. Причем самым значительным фактором поддержки старшего поколения были совсем не финансы, а советы его самого и его хольдов. При всех имеющихся у меня знаниях, они в значительной части лежали в совсем других плоскостях.

Нет, если бы мы шли в разовый пиратский набег, то столь серьезной подготовки, конечно бы, не потребовалось, но к большому сожалению мы готовились полноценно воевать, причем явно не год и не два. Во всяком случае, если замысел операции удастся реализовать, с Гатландских островов добровольно я уже не уйду. Пускай даже в результате придется делать набеги еще и на молодую жену. Перевозить супругу в первые годы будет слишком опрометчиво.

Клановая общественность выделила под мое командование три драккара плюс укомплектовала командой личную шнеку. Также при помощи клановых денежных средств (по взаимозачетам с ярлом) был нанят грузовой кнорр под «общаковые» грузы.

Собственно, последнее и добило клановый электорат. В итоге в основном именно поэтому взрослые мужики согласились уйти под мою руку. Кровь не водица, особенно если это кровь ярла. Мне, впрочем, тоже поработать пришлось, верхушку клана и главных участников, конечно же, пришлось поставить в курс моих планов, со страшными клятвами молчать, конечно же. Впрочем, лишнего я тоже не болтал. Даже конкретная цель вояжа не озвучивалась.

Кормчим на мою шнеку по приглашению деда пришел решивший тряхнуть стариной хромоногий Борк А’Корт, очень опытный «командир корабля» имеющий в профессиональных кругах очень серьезную репутацию. В своих талантах в области кораблевождения я обоснованно сомневался, ну а о том, что за конкретный корабль должно отвечать конкретное лицо, даже разговаривать не стоило.

На других кораблях комсостав подобрался нисколько не хуже, моя удача в предыдущих походах привлекла немалое число по-настоящему знающих специалистов. Допустим, тот же Хаген A’Тулл регулярно ходил в походы уже лет семьдесят. Собственно ему давно пора было остепениться, но задница этого орка все еще искала приключений.

Его участие в данном походе было по сути лакмусовой бумажкой моего увеличения веса в обществе. Принятие подобными специалистами ножа и топора присяги молодому представителю условно равной по положению семьи– это серьезный знак, как ни крути. Пускай даже, отловив меня на бережку один на один, он высказался прямо и без всякого почтения:

– –Парень, не собираюсь крутить перед тобой хвостом. То, что ты силен и храбр, из тебя предводителя похода не делает. Тут надо думать головой, а не мечами махать. Удачи твоей на всех не хватит. С тобой я пойду только потому, что ты Сигурдов ученик. Он бестолочь возле себя держать не будет. Ну и вои говорят, что соображаешь.

Я предпочел промолчать, давая возможность мужику высказаться до конца. До этого мы знакомы не были.

– Тебе я присягну и приказы твои выполнять буду. Как понадобится, то спиной к спине встанем. Но лучше тебе почаще спрашивать советов и иногда сомневаться в своих действиях. Потому что коли ты родичей по глупости своей угробишь, придется мне тебя убивать.

– Ты что, пугать меня тут пришел? – Лениво процедил я, глядя на реку, сейчас молчать уже было нельзя.

A’Тулл ставил условия «нормального сосуществования» не только от своего имени, но и от имени всех более-менее серьезных дядек из моих подчиненных. Причем, проверяя меня на вшивость, он навязал разговор без свидетелей. Прийти толпой общественность не рискнула и правильно сделала, однако делегата из отмороженных нашла.

– По глупости или не по глупости потери, ты сам или общественный разум решать будет? Либо вы идете и не чирикаете, либо нет. А за бунт в походе я тебя лично на кол посажу, даже если для этого весь твой херад придется вырезать. Пугать тут меня решил…

Орать было опрометчиво, крик признак бессилия, поэтому говорил я вполголоса, и насколько получалось монотонно, фиксируя собеседника, сидящего рядом в расшитой кожаной безрукавке, краем глаза:

– Ты мне не друг, не брат и не сват, чтобы на шею лезть позволил. В походе командовать буду я один, и никто больше. Когда мне понадобится твой совет, то я его спрошу. А пока не спрошу, сиди на попе ровно и командуй своим херадом, и только попробуй хоть один мой приказ не выполнить. Я достаточно ясно выразился?