Власть мошенников

На борту КЛП «Венера»

Корабль источал зловоние. Люсиль Колдер изнемогала от него.

Вентиляционная система «Венеры», которая испортилась через два дня после захвата, теперь работала на грани издыхания. Система была повреждена при попытке курсантов службы разведки вновь отвоевать корабль. Конечно, курсанты потерпели фиаско. Они были вооружены лишь несколькими револьверами, которые не успели найти и отобрать, а гардианы контролировали весь корабль, имели тяжелое вооружение — и все преимущества. Попытка курсантов завершилась плачевно: гардианы убили еще нескольких из них, отобрали все оружие, выбросили в космос трупы, а уцелевших курсантов заперли в каютах. Этим все и кончилось.

Но гардианы имели глупость воспользоваться мощным оружием внутри корабля, в окружении необходимой для жизнеобеспечения техники. И теперь, через двадцать один день после захвата, воздушные насосы лишь визжали и содрогались, перестав издавать привычный ровный гул. Роботы-уборщики тоже пострадали, и вскоре по кораблю распространилась вонь немытых тел, страха и сгоревших механизмов. Всех пассажиров изводила головная боль — это означало, что уровень углекислого газа в воздухе продолжает расти. И у воды появился затхлый запах. Несколько уцелевших членов экипажа «Венеры» могли бы наладить поврежденные системы, но их держали взаперти, по двое в каждой каюте — как и остальных пленников. А сами гардианы либо не умели ремонтировать технику, либо не обращали внимания на неудобства.

Гардианы говорили по-английски. Курсантам удалось увидеть лишь белых гардианов-мужчин, и этим исчерпывались сведения о них. Когда-то давно неизвестным образом гардианы улетели к неизведанным звездам, обосновались на одной из планет и стали пропавшими без вести для остального человечества. Это предположение, по крайней мере, было не лишено смысла. Сами гардианы предпочитали ничего не объяснять.

Лейтенант Королевского флота Австралии Люсиль Колдер сидела взаперти в своей каюте, но она была достаточно опытным пилотом, чтобы чувствовать, как неумело гардианы управляют «Венерой». Люсиль знала, сколько топлива осталось в резервуарах корабля. Последние три недели она старательно отмечала, сколько раз гардианы набирают скорость, и приблизительно оценивала, каких значений при этом достигает перегрузка. Благодаря этим наблюдениям Люсиль примерно представляла себе, сколько топлива расходуют попусту эти варвары-неумехи, без конца исправляя собственные ошибки.

Неумелое пилотирование еще не убило их — топлива на «Венере» пока хватало с избытком. С другой стороны, загрязнение воздуха и воды могло вскоре прикончить и пленников и тюремщиков. Чтобы сохранить жизнь и тем и другим, «Венере» требовалось поскорее долететь хоть куда-нибудь.

Но Люсиль и оставшиеся в живых курсанты понятия не имели, куда движется «Венера». Экраны во всех каютах были отключены, звезд, по которым можно было определить примерное местонахождение, пленники не видели, к тому же нельзя было с уверенностью утверждать, находится ли корабль по-прежнему в реальном космосе или уже не раз переходил в режим С2. Люсиль ничего не знала, ничего не могла поделать и ничего не видела. Это раздражало ее.

Люсиль взглянула на свою соседку по каюте, Синтию Ву. Синтия была лейтенантом сил обороны Верхнего Сингапура — подразделения, которое занималось лишь отслеживанием бесконечного потока грузовых кораблей, прибывающих в огромный город, расположенный на орбите Земли. Синтия привыкла к монотонной работе и долгим часам ожидания, Люсиль в этом повезло гораздо меньше. Пилотов флота Австралии для кораблей, предназначенных для дальнего космоса, учили быстро принимать решения и действовать самостоятельно. Люсиль отчаянно хотелось оказаться у пульта управления, самой видеть, что происходит. На худой конец, ей хватило бы одного экрана — чтобы узнать, куда они летят, и попытаться понять, зачем их везут туда. Ей хотелось узнать, кто эти угрюмые мужчины, называющие себя гардианами, и, конечно, выяснить, зачем им понадобилась «Венера» и удастся ли выжить их пленникам.

Но больше всего она мечтала о горячем душе. Мать Люсиль была из аборигенов Австралии, отец — потомком британских переселенцев. Люсиль выросла на; огромном овечьем ранчо на краю пустыни, где солнце палит нещадно, заставляя людей потеть и распространять дурной запах. В родительском доме душевые кабинки были устроены снаружи, так, чтобы его обитатели входили уже чистыми, не принося с собой тошнотворный запах. А теперь Люсиль оказалась в запертом помещении, пропитанном вонью множества немытых тел, в том числе и ее собственного, и прожила в таком состоянии больше половины месяца.