Владивосток - Порт-Артур

   Владивосток, Квантун. Апрель-май 1904 года

   Дверь комфортабельного номера "Астории", что на Светланской, превращенного в офицерскую гауптвахту, со скрипом распахнулась, и обернувшийся на звук Балк, увидел в дверном проеме до боли знакомую фигуру с контр-адмиральскими погонами и тросточкой в правой руке.

   - Ну-с, господин главный хулиган с "Варяга", рассказывай, как дошел до жизни такой. На три дня тебя, Вася, без присмотра оставить нельзя. Ну, зачем, зачем ты этого чинушу-то пристрелил?

   - Как пристрелил? С каких это пор без уха умирать начали? Ты лучше расскажи, как сходили?

   - Расскажу, как из кутузки выйдешь. ЕСЛИ выйдешь. Родной, ты чего в городе учудил? Я только и успел из порта до губы доехать, так мне уже в два уха напели, что ты каждый вечер пьянствуешь в компании армейцев в "Ласточке", что ты сманил половину казаков в городе к себе на какой-то там поезд. Что ты, наконец, застращал все чиновничество города, таскал по главной площади умирающего Петухова и не подпускал к себе патруль, отстреливаясь из револьвера. И это максимум за неделю, что мне не до тебя было. Ну как я тебя одного отпущу на бронепоезде в Маньчжурию? Ты же его пропьешь или в карты проиграешь!

   - ОК. Давай по пунктам. В "Ласточке" я с армейцами не пьянствую, вернее, не только и не столько пьянствую, сколько отбираю себе офицеров в первый батальон морской пехоты и на бронепоезда. Ну и заодно просвещаю местное дремучее офицерство по поводу организации обороны, действий малых групп и прочих премудростей, до которых им пока как до Парижу раком. Казаков сманил, говоришь? А как мне еще обеспечивать дозоры вокруг бронепоезда на стоянке и при ремонте пути? Конечно, я со знакомым тебе хорунжим отобрал лучшее, что есть во Владивостоке и его окрестностях. Что это не понравилось их начальству - не удивлен, но, брат, против царского указа не попрешь...

   - Погоди, какого такого указа? Ты что, царские указы стал подделывать?

   - Зачем подделывать-то? Я не знаю, что именно там Вадик с Николашкой сделал, но тот указ, что я у него просил, получил обратно за подписью императора через три дня. Право на отбор в "экспериментальный бронедивизион русского флота "Варяг" под командованием лейтенанта флота Балка любого личного состава". Ну и там еще кое-что о недопустимости чинения препятствий вышеупомянутому лейтенанту...

   - Ты не задавайся, рановато пока. Ты еще про пристреленного чинушу мне не рассказал. Что за препятствия такие он "чинил вышеупомянутому Балку", что его пришлось мочить?

   - Он мне сделал предложение, от которого я, по его мнению, не мог отказаться. Я к нему пришел за вагонами. Причем эти вагоны были мне выделены министром путей сообщения, и все бумаги у меня были. Оплачены они тоже из казны были. Так этот петух гамбургский, напоив меня чаем, говорит: "а давайте мы небольшой гешефт сделаем". И предлагает мне отчитаться перед Петербургом, что, мол, вагоны я получил, но на перегоне Владивосток-Никольск они сошли под откос, и теперь требуется их замена, а мне пять процентов от стоимости.

   Я ему честно сначала по-хорошему пытался объяснить, что мне вагоны нужны для дела, а гешефт мы после войны сделаем. Нет, война, говорит, все спишет. Я молчу. Наконец, поняв мою "дремучую тупость" фыркнул, выписал-таки вагончики. Расписался я в их получении, пошел принимать. Так эта сука мне вагоны из сгоревшего пять лет назад в Никольске старого депо подсунула, там даже оси так к буксам приржавели, что их паровозом не провернуть! Опять же, возвращаюсь к нему, и по-хорошему говорю - мне на фронт через две недели ехать. Не могу я этот хлам восстанавливать, дай те вагоны, на которых во Владик груз для флота доставили, я их под разгрузкой в порту видел, в нормальном состоянии, только добронировать - и вперед. Нет, говорит, берите, любезнейший, что дают, и в следующий раз, когда умные люди будут предлагать умные вещи, не крутите носом.

   Ну, тут на меня и накатило... Я таких гадов еще в том времени насмотрелся. И натерпелся от них. В общем, сунул я ему револьвер под нос и стал колоть. Кто, где, как и сколько на ремонте крейсеров и прочих флотских и армейских делах уже наварил. Сначала он хотел было покочевряжиться, но как я ему ухо отстрелил - запел, как канарейка. В общем, список чиновников, подрядчиков и наворованных сумм у меня в каюте, под столом приклеен.