Вирус

Александр Юринсон

ВИРУС

Это утро в конце лета на берегу озера было пасмурным и ветреным. Около восьми часов по тропинке, терпеливо повторяющей причудливую линию берега, брел дачник. Очевидно, он вышел с рассветом, потому что ближайший поселок находился часах в трех такой неторопливой ходьбы.

Впереди него, постоянно оглядываясь, так же неспешно гулял доберман. Первое возбуждение от прогулки по лесу давно прошло, и собака, привычная к долгим одиноким блужданиям хозяина, шла метрах в десяти впереди, вопросительно оглядываясь, когда тот останавливался рассеянно поворошить ботинком кустик черники или посмотреть на линию горизонта, где сходились две напряженно серые стихии.

В этом месте на их пути был небольшой полуостров, и тропинка предоставляла выбор: продолжить путь вдоль берега или срезать. Собака, знавшая привычки хозяина, оглянулась и свернула с короткого пути.

Человек остановился, выудил из кармана мятую сигарету, закурил и огляделся. Что-то на удаленном конце полуострова привлекло его внимание. Он всмотрелся пристальнее. Палатка? Похоже, но почему же собака не обращает внимания? Остатки еды и прочие человеческие запахи обычно неудержимо влекут ее. Человек огляделся, прислушался и направился туда.

На первый взгляд туристы или только пришли, или собирались сниматься. Нет, все-таки только пришли и ставили палатку. Она еще не была как следует натянута. А один угол вообще провисал и был придавлен каким-то мешком. К дереву прислонены два ярких рюкзака, а рядом на земле валяется еще какой-то брезентовый мешок...

Собака почуяла что-то необычное. Она подбежала к рюкзакам, обнюхала, затем сунулась к мешку и отпрыгнула, но снова бросилась на него передними лапами. Тот продавился, как пустой. Больше всего он напоминал скомканный тент.

Человек подошел ближе и увидел, что это не брезент. Но не было оно похоже и на то, чем было. Собака обнюхивала лицо, страшно искаженное, но не гримасой, - вся голова была неправильной формы, как воздушный шарик, наполненный водой. Одна нога подвернулась совершенно неестественным образом, другая загибалась в сторону чуть ниже колена.

Дачник сделал шаг назад и оглянулся на палатку. Мешок, придавивший ее угол, тоже был человеком, так же ужасно искаженным, как в кривом зеркале. Как отброшенная игрушечная обезьяна.

Собака заскулила и подбежала к хозяину. Тот медленно приблизился к трупу на палатке. Рука мертвеца была придавлена телом, но кисть высовывалась. Дачник осторожно дотронулся до тыльной стороны и отпрянул. Рука была холодная и мягкая, как бы без костей. Он взял палку и потыкал тело, которое подалось, как хорошо взбитая перина.

Дачник удержал приступ тошноты и посмотрел на лес. Ничего живого поблизости не угадывалось. Он подумал минуту, подозвал собаку и пошел прочь от озера в сторону шоссе. Ходьбы до него было часа два, но там неподалеку располагался пост ГАИ.

*

Утренний автобус из маленького городка в дачный поселок был почти пустой. Две тетки с большими сумками - такие есть в любом пригородном автобусе, - женщина средних лет с двумя детьми и сухой старичок, ежедневно отправляющийся за грибами, то ли за ягодами - были его сегодняшние пассажиры.

Шоссе было пустынным. Многообещающе оно проходило сквозь поселок и тут же упиралось в ворота воинской части. Движение обеспечивали только дачники - владельцы легковушек и шумные армейские бензовозы. Часть относилась к военно-воздушным силам и потребляла фантастическое количество горючего, хотя никто не мог припомнить никакого летательного аппарата в небе над ней.

Да еще офицеры сновали в городок и обратно на джипах. Такой и ехал сейчас навстречу автобусу.

Вдруг из леса наперерез выскочил человек. Одной рукой он отчаянно размахивал, другой держал на поводке рвущуюся крупную черную собаку. Водитель резко затормозил. Человек, кажется, что-то крикнул и споткнулся, выпустив поводок. Собака метнулась в метре перед автобусом и скрылась в лесу по другую сторону дороги. Автобус остановился, пассажиры бросились к окнам.

- Задавил кого, что ли?

- Точно! Лежит, не встает.

- Не, был бы слышен удар, - авторитетно заявил дедок.

Водитель открыл дверцу и выскочил.

- Ну-ка, сидите! - прикрикнула женщина на детей. Но ее саму тоже снедало любопытство.

Армейский газик притормозил рядом. Офицер выпрыгнул из машины и подошел к водителю автобуса. Тот ошарашено стоял на коленях возле лежащего.

- Сбил? - коротко спросил офицер.

Водитель поднял расширенные глаза.

- Ей-богу, нет! Даже не задел. Черт знает что такое. Попробуйте пощупать пульс. Я уже попробовал. - Он затрясся и нервно хихикнул.

Военный сочувственно и слегка брезгливо посмотрел на водителя и нагнулся над пострадавшим. Тот лежал вниз лицом, и что-то в его позе было ненормальное. Как тряпичная кукла, промелькнуло в голове офицера. Он потянулся к запястью и замер на полпути. Рука была закручена на полтора оборота.

- Ничего себе не зацепил! - сказал он и пощупал руку. Мать твою! Она мягкая, как кисель! Там нет ни одной кости! Что тут случилось?