Виршеплет из Фиорены

ISBN 978-5-4490-7558-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Выношу горячую благодарность первым читателям и редакторам сего творения: Ивану Я., Евгению П., Евгению Т., Роману Б., Александру К., Юрию Р. и Анне. К.

«Бам-бам-бам». Мелкие бесенята без устали барабанили мне по голове. Молоточки, долоточки, а порой и полноразмерные кувалды, все пошло в ход. Они перестукивали по вискам, каждый на свой лад, под веселый раздражающий смех.

О-о-о-ох… Я приоткрыл один глаз. И видят Ушедшие, это был подвиг! Сложу-ка я по этому поводу песню. Старый заносчивый пень – Аргилак Ласточкино Крыло, по недоразумению небес, преподававший мне стихосложение на третьем курсе так и говорил: «Аска, настоящему поэту всегда есть о чем писать. Он пишет о самой жизни!». «Поэма о похмелье!» Ха! Да я прославлюсь по всем Внутренним ойкуменам! Да что там, бери выше – по всему Северу!

Твою же мать, ну и зачем я вчера так нажрался?

Мутный мир встретил меня косым лучом света, с трудом пробившимся сквозь запертые ставни. Мельчайшие пылинки искрами проплывали сквозь чуждого этому царству теней, гостя. И, как назло, моя физиономия встала как раз на его пути. Я со стоном отвернулся к стене. Старые обои, в которые уперся мой взгляд, покрывали легкомысленные выцветшие розочки. Подстать старым шлюхам, на коих только и могли наскрести монет постояльцы этой дыры.

О-о-о-ох… Я со стоном продрал второй глаз. И видят Ушедшие, это был подвиг! Полежав с минуту и, пересчитав розочки на стене, я вернул голову в исходное положение и попытался выползти из-под надоедливого луча. Лучше бы я этого не делал. Кровать внезапно закончилась, и я с грохотом снизошел на твердь земную. Вернее трактирную. Вернее не твердь, а пол. Дощатый заблеванный пол! Твою же мать! Моя батистовая камиза! Сторгованная за пять серебряных на Земляном рынке в славном городке Постриж!

Хотя, на кой бес я расстраиваюсь? Помнится, впервые я заблевал эту чудесную работу бергийских эльфов еще позавчера!

Треклятые бесенята все никак не хотели оставить в покое голову, в животе сражался гномий хирд, а во рту встала на постой рыцарская конница. И срала, и срала…

Рука сама нашла дорогу за отворот правого сапога к тщательно оберегаемому сокровищу – маленькой фляжке с черным орочьим горлодером. Величайшее творенье гномов – хитрая пробка, слетающая одним щелчком, весело тренькнула, откинувшись на цепочке, и в пересохшее горло начали капать живительные капли…

Капли??? О, Ушедшие! Бараний рог вам в зад! Кто вылакал мой стратегический запас?!

Следующие пять минут один очень злой полуэльф лихорадочно перерывал брошенную тут же, у кровати, дорожную суму. Еще миг и еще одна заветная фляжечка прыгает в моих трясущихся руках. А потом вот он – момент истинного счастья! А-а-а… кого я обманываю? Треклятое орочье пойло – отвратно на вкус! Но поистине живительно.

Еще несколько минут, пока медленно пробуждающийся желудок сражался с проглоченным зельем, в голове звенела девственная пустота.

Откинувшись к стене, я попытался поймать хоть какую-нибудь мысль. Зрение сфокусировалось, и я смог окинуть взглядом погруженную в полумрак комнату. Задернутое выцветшими шторами окно, широкая кровать с грудами грязного тряпья, маленький стол, колченогий стул, гитара в расписном чехле и… огромная лужа блевотины, в которой я сидел!

– Твою… – горло предательски подставило, и вместо ядреного ругательства издало противный свист, словно я эльф-кастрат из шоу «Поющих крылышек».

А потом, в мгновение, вернулось обоняние и меня скрутило от выворачивающей наизнанку вони. Да что ж это я вчера такое сожрал-то? И Провидение не замедлило дать ответ на мой вопрос.

Меня скрутило, вывернуло, скрутило, вывернуло… но на третий раз что-то, наверно, щелкнуло в спинном мозге, включились ноги и сами вынесли меня прочь из комнаты.

Вернее… попытались вынести. Ибо все, на что их хватило – это выпихнуть мою распластанную тушку в темный затхлый коридор. Проползя еще несколько метров и оставив вонь позади, я вновь устало привалился к стене.

Опа! Я в изумлении уставился на все еще зажатую в руке фляжечку. Вот что значит опыт! Мгновенно сработали рефлексы, и новая порция горлодера провалилась в бунтующее нутро.

Прошел, кажется, век, прежде чем я смог принять вертикальное положение. Жутко хотелось пить, и желательно что-нибудь полегче орочьего пойла! Например, кружечку… нет кружищу ледяного пива… или две… или три…

Собрав силы, я двинулся в путь, словно километры мимо моего взора проплывали исцарапанные и засаленные доски стены, вдоль которой я начал свое путешествие. Они казались бесконечными, но я свято верил в цель! И, кажется, еще до обеда я все-таки растворил створки старой рассохшейся двери и вывалился на лестничную площадку, нависающую над большим залом.