В вихре времен

Впервые мысль описать свои приключения пришла ко мне два года личного времени назад или тридцать семь лет местного времени вперед.

Сидел я тогда в удобном шезлонге на террасе арендованной на неделю виллы где-то под Ниццей, завернувшись после купания в мягкий махровый халат. Светило ласковое октябрьское солнце. В овальном мраморном бассейне с морской водой играли с мячом три девушки из службы эскорта – блондинка, брюнетка и шатенка. На столе, рядом с бутылкой коллекционного вина стоял включенный ноутбук с тактовой частотой процессора 150 гигагерц и винтом на 10 терабайт, который появится только через 10 лет местного времени. На дисплей выведены данные о ходе завтрашней торговой сессии на Нью-Йоркской фондовой бирже. В начале торгов был сильный спрос на акции фирм, производящих электронику – цены взлетели до небес, но в полдень началось медленное снижение, которое к финальному гонгу закончилось полным обвалом. И я только что по телефону давал указания своему брокеру, по какому курсу продать приобретенные сегодня практически даром ценные бумаги. Завтрашнее дельце принесет мне несколько миллионов долларов, которые я как обычно переведу в необработанные алмазы.

На подготовку этой операции в 2003 году ушло всего два часа, а осуществлением ее в девяносто третьем я занимался уже третий день. Первый день целиком ушел на организацию уютного рабочего места (вилла) и наем персонала (эскорт и брокеры). Во второй день я открыл несколько счетов на общую сумму в миллион долларов. И вот сегодня я начал свой крестовый поход за деньгами.

Тут мне стало невыносимо скучно – несмотря на теплое осеннее солнышко Средиземноморья, на мягкий шезлонг под задницей, на бутылку «Шато-Латур» урожая шестьдесят четвертого года и трех девушек, плещущихся в бассейне. Ну, заработаю я в течение недели еще пару килограммов брюликов, больше уже не получится – из-за моей финансовой спекуляции начнутся такие изменения реальности, что мои архивы станут бесполезными. Ну, отдохну, как планировал, на знаменитой губернаторской зимней охоте в 1825 году под Смоленском. А дальше что?

Вот в этот момент я открыл текстовый редактор своего компьютера и набрал заголовок: «Памятка для путешественников во времени». Что же я тогда написал? Что-то вроде: «Лучшим оружием открытого ношения для путешественника является автомат Калашникова „АК-74“ калибра 5,45 мм». К этой напыщенной фразе я добавил рассказ о первом применении в двадцатом веке этого величайшего изобретения. Случилось это в августе 1918 года, в Москве, возле завода Михельсона. Решил я подстраховать Фанни Каплан. Стрелять в Ленина у меня получилось гораздо лучше, чем у бедной близорукой женщины, хотя в живого человека я целился впервые. После написания этой истории до меня наконец-то дошло, что, собственно, писать не о чем, кроме нудной жвачки об использовании знания прошлого в целях личного обогащения. Вот тогда мне стало совсем тоскливо.

– Черт с ним, с тогдашним моим душевным состо­янием. В тот день я понял, чего мне остро не хватало приключений. Нет, конечно, у меня было несколько более-менее интересных эпизодов, но их смело можно назвать случайными. К спланированным акциям относились только покушение на Ленина, да помощь в обороне деревни Крюково в сорок первом. И то в Крюково я сплоховал, плохо подготовил снаряжение и легенду, и меня чуть было не расстреляли свои, приняв за немецкого шпиона.

А все дело заключалось в том, что еще на заре моей эпопеи с темпор-машиной, восемь месяцев личного времени назад, я поставил несколько примитивных экспериментов и убедился, что любое воздействие на прошлое никак не влияет на настоящее. Даже убийство вождя мирового пролетариата не оставило следов в нашей истории. Просто это знаменательное событие произошло в параллельной реальности.

Все эти эксперименты и привели к тому, что я отказался от активных акций и, занявшись наживой, превратился в сибаритствующего плейбоя, скачущего по временам и придающего большое значение году выпуска вина и оттенку волос высокооплачиваемой профессионалки. А ведь еще год назад я жил в однокомнатной квартире, работал за одну зарплату, на вечеринках пил с друзьями дешевое пиво и общался с нормальными девчонками, не берущими за любовь денег. Я был обычным парнем!

Началась моя эпопея в июне 2001 года. Однажды, придя с работы домой, я обнаружил на журнальном столике толстый конверт формата А4. «Вот дела! – подумал я. – Как он тут мог очутиться?» На конверте моим почерком было написано: «Мне! Лично в руки!»