Вид на жительство

Кэльрэдин — Властитель, Узурпатор, Длиннорукий, Медноволосый, Безумный — как только его не называли жители Ондигана, в зависимости от политической ситуации в стране, да и просто от настроения — мерил шагами зал. Под сводами гигантских корней Печальных Предков день и ночь горели жаровни с горным маслом. Властитель любил настоящий огонь. Лишь высоко под самыми корнями светились голубые сгустки магического пламени. От этого свод зала казался звездным небом с созвездиями и прогалинами вечной тьмы. Здесь короновались многочисленные Властители. Здесь проходили приемы и праздники. Здесь медные волосы смешивались с золотыми и серебряными на плечах будущих соратников в древней традиции братания. Здесь выносили приговор предателям, а доблестных воинов, погибших на поле брани, отпевали плачем тысяч голосов.

Мойэган, личный помощник Кэльрэдина, передернул плечами. Ему всегда казалось, что от мраморных стен, каменного пола и кривого потолка из переплетенных корней веет холодом. Быть может, поэтому Властитель день и ночь жжет здесь масло в закопченных жаровнях. Кэльрэдин как раз грел руки у огня. Мойэган вздрогнул. Ему на миг показалось, что сполохи пламени потянулись к самому сердцу господина. Но нет. Это отразился свет от пряди медных волос, переброшенной на левую половину груди.

Властитель поднял голову, глаза его сузились при виде вошедшей в зал женщины. Она уже прожила самые солнечные свои годы, но была по-прежнему красива, странной, сильной красотой. Мойэгана всегда поражало, как непохожа Гвенд на женщин его земель, словно пришла светловолосая магиня из другого мира. Может, так оно и было.

Какое-то время Гвенд с грустной усмешкой наблюдала за Кэльрэдином, а потом вздохнула и подошла к Зеркалу Медноволосых. Магиня провела рукой по гладким пластинам обсидиана. Это был один из тех древних артефактов, что нынешний народ Ондигана унаследовал у Первых. Обсидиан держался в серебряных рамках, заполнявших пустоты между пластинами. Полоски серебра, казалось, струились, обтекая плитки черного, как ночь, камня.

— Я видела это здесь, — пальцы магини любовно огладили незаметные неровности. — И ее, и тебя, малыш. И еще кое-кого. И кое-что, что и человеком назвать трудно.

Обсидиановый артефакт, стоявший в тронном зале еще задолго восхождения на трон Ондигана предков Кэльрэдина, видел взлет и падение великих родов медновласых, сребровласых и златовласых правителей. В трудные времена он не раз спасал Властителей, но в равной мере мог карать и уничтожать. И предсказывать.

— Кэль, — негромко позвала Властителя колдунья, — я пришла на твой зов. Но вижу, ничего не изменилось. Я просила не звать меня, пока ты не утихомиришься. Твоя невеста покинула этот мир двадцать семь лет назад. Смирись и задумайся. Тебе давно нужно было задуматься. Агния ушла из-за тебя, никто не знает, куда, скорее всего черная магия убила ее, пусть не твоя лично, но близкая к тебе. А ты все не хочешь признать свою ошибку. Посмотри, что ты сделал с собой, как ты обходишься с теми девушками, что прочат тебе в жены. Пойми, Обсидиан предсказал уход Агнии задолго до того, как вы встретились! Отработай свой грех, загладь вину, и тогда она вернется. Все души возвращаются. Жди, и я укажу тебе место ее рождения…

— Я нашел ее, — сухо проговорил Кэльрэдин, останавливаясь и поднимая на магиню горящий взгляд. — Она уже родилась. Двадцать шесть лет назад.

— Все не так, — Гвенд недоверчиво покачала головой. — Обсидиан…

— Мне плевать на то, что показывает твое дурацкое зеркало. Я читал книгу Первых. Существуют другие миры, древние маги пробивали в них Врата и легко путешествовали туда и обратно. Я видел свою невесту во сне. Это была она. Это не мог быть кто-то другой, иначе как протянулась бы между нами Нить сквозь миры? Она живет в странном мире, полном чудовищной магии. Я позвал тебя, чтобы ты указала мне путь туда. Помоги мне выяснить, что это за мир и как в него попасть.

— Ты обезумел, Кэль, — тихо произнесла магиня. — Горе лишило тебя рассудка. Маги давно закрыли все Врата. Магия на Ондигане слабеет. Всегда существует опасность, что сюда проникнет…

— Зло-из-за-Грани? — Властитель скупо рассмеялся. — Старые страшилки. Кто в них верит сейчас. Я точно знаю, что одни из Врат, указанных на древней карте, открыты. И знаю, кто шастает через них туда-сюда. Помоги мне, Гвенд.

— Нет, — твердо сказала магиня, глядя в яркие, янтарные глаза Властителя. — Никогда. Я ухожу.

— Уходи.

— Ты совершаешь ошибку, а платить за нее придется всему народу Ондигана.

— Так пусть заплатит, — равнодушно бросил Кэльрэдин, отворачиваясь.

Глава 1. В которой Даша приобретает нового ученика и не слишком этому радуется

Осенний сон крепок. Его всегда недостаточно. Солнце слабеет, сны становятся слаще, а постель мягче.