Везунчик

На сей раз убийца оказался с именем, но без него. Как в «Негритятах»у Агаты — мистер А.Н. Оним. Однако нас с боссом это не смутило — приходилось искать на своем веку и анонимов. Не возвращать же клиенту аванс из-за подобной мелочи. Тем более что два этих слова — «возвращать»и «аванс»— для нас абсолютно несочетаемы… В общем, преступника мы, как всегда, отыскали. Дальше по закону следовало сообщить его имя властям. Но ведь убийца был аноним… Пришлось брать его самостоятельно. Я занимался этим весь день. Потом наступила ночь, привела с собою тоску и безысходность. И все стало как во сне…

А потом сквозь ночь, тоску и безысходность, сквозь тягучую и липкую паутину бесконечного сна прорвался этакий жизнерадостный баритон:

— Не спи, странник, проснись! Равнодушие — победа черной энтропии…

— Shut up! — привычно рявкнул я.

Он моментально заткнулся. А я моментально сообразил, что просыпаюсь не дома. Мой родной будильник никогда не замолкает после первой ответной реплики просыпающегося хозяина — так уж я, зная собственные привычки, его запрограммировал. Но, главное, из сна он меня выгоняет не подобным идиотски-пафосным призывом, а ласковой просьбой «Honey!.. Honey! Wake up, please, my love!»И озвучивается эта просьба приятным женским сопрано, очень похожим на голосок Лили. А почему бы и нет?.. Уж коли Спаситель создал меня ярым противником семейной жизни, то могу же я позволить себе хотя бы на границе дремы услышать то, чего никогда не услышу наяву!.. Вы, наверное, решили, что Лили никогда не предлагает остаться… Еще как предлагает. И я, разумеется, остаюсь. Но наутро не она мне — с ее-то способностью дрыхнуть до полудня! — а я ей говорю: «Honey! Wa…»

Впрочем, нет! Никаких «Honey»! Никаких «Wake up»! Co вчерашнего дня мой родной язык — русский. И если сведет меня судьба здесь с кем-нибудь в одну постель, то звать ее (не постель, конечно, а ту — с кем) станут, скорее всего, Маша. И будить сопостельницу придется словами: «Дорогая! Пора вставать!»

Осознав это, я проснулся окончательно. Правда, не в гостях — в служебной командировке…

Поднял голову. Она показалась мне излишне тяжелой. Будто после хорошей гулянки, но вчера гулять не пришлось…

Я глянул на будильник. Он показывал восемь. А в девять меня ждала… Нет, не Маша, конечно. Маша — это так, местный фольклор. Народные сказки и блатной сленг… Ту, с кем через час встречаться, зовут Инга Нежданова, она эффектная блондинка 90 — 60 — 90 (или близко к тому, у меня глаз наметан!), и от нее зависит мой первый рабочий день в колыбели скольких-то там русских революций.

Я вскочил, размялся, побоксировал с тенью, представляя себе на ее месте бульдожье рыло Блоссома из последней голливудской версии «Франкенштейна», пару раз отвесил хук левой в невидимую челюсть и отправился под душ.

Инга встретила меня вчера вечером в местном аэропорту, носящем имя какого-то русского героя Пулкова, и сопроводила сначала на гипнообработку, а потом сюда, в отель с чудовищным названием «Прибалтийская». Впрочем, по условиям отель чудовищным не был. Хоть и не молод уже, но жилье уровня турбо. Сам бы я, разумеется, никогда не стал селиться в подобном (при очередном деле нашему брату чаще приходится обитать в разного рода дырах), но, как говорят у русских, «на халяву и уксус сладкий»…

Выйдя из ванной, я подошел к окну и раздернул темно-зеленые шторы.

Прямо перед отелем раскинулась серая мертвенная гладь Baltic Sea… Память тут же подсказала — не Baltic Sea, мистер, а Балтийское море. А еще правильнее будет — Маркизова Лужа. Впрочем, явись сейчас нужда назвать это водное пространство вслух, язык бы сам произнес: «Маркизова Лужа»— гипнообработка еще никогда никого не подводила…

На горизонте, прямо из мертвенной глади, торчало некое куполообразное сооружение. А внизу, у самой кромки воды, гнусно орали и дрались друг с другом десятка два чаек и поморников, которых подкармливали прогуливающиеся вдоль набережной женщины. Поглазев на горластых дебоширов, я подошел к гейтсу, ознакомился с местными паролями, выбрался в Интернет и отправил короткое сообщение домой. Дескать, жив-здоров, вам того желаю, приступаю к выполнению задания согласно разработанному вами плану… Потом вытащил из чемодана и засунул в подплечную кобуру «стерлинг», а в нагрудный карман «Моторолу».

И ровно в девять спустился вниз.

— Господин Метальников, вас ждут! — Портье, лысеющий тип с блудливыми поросячьими глазками, кивнул в сторону полупустых диванчиков в углу холла (вчера вечером эти диванчики занимала целая стая ночных бабочек). — Я хотел вам позвонить, но они сказали: «Не стоит».

Портье прямо изнемогал от профессиональной готовности услужить. До чего ж такие чуют, у кого рука не оскудеет!..