Веселый Роджер

«Что я знаю о боли?

Серьезно? Ты хочешь услышать именно это сейчас?

Хорошо, я отвечу максимально честно. По крайней мере, попытаюсь.

Я точно знаю, что у нее, помимо прочих, есть два подвида: Фоновая и Прорывная.

Первая постепенно уходит в хронику, с ней живут годами, а вот между второй и острой существует лишь одна разница: острая боль всегда неожиданная. Тогда как Прорывную ты очень быстро учишься распознавать по характерным признакам. Знакомишься с ней. Затем отношения переходят на новый уровень, становятся прочными, верными, постоянными.

Забудь про сердечную боль, Алиса. Забудь так, словно ее не существует. Как будто ты горела вместе со мной по-настоящему и точно знаешь, что такое мýка. …И тебя уже не удивить ничем. Представь, что огонь открыл тебя заново, превратил в золу добрый клубок нервов, он доходчиво объяснил, как это. Когда по-настоящему больно».

Я шепчу ей все это на ухо заплетающимся языком, тяжело соображая от безмерного количества выпитого. Она так пьяна, что едва улавливает треть сказанного. Шепчет в ответ, что тоже пылает. Она не поняла ни слова из моего монолога. А завтра и вовсе не вспомнит, о чем шла речь. Идеальная собеседница для того, кто хочет излить душу, не так ли?

«Забудь, малышка, про него. Будто и не было никогда. Через год, поверь, ты действительно задумаешься: а было ли? Побереги нервы, Алиса».

Выходить из машины не хочется, потому что красное пальто снова ждет у подъезда. Не одно пальто, разумеется. Само по себе несчастное проблем доставить не может. А вот его обладательница – вполне. Стройная блондинка кутается в белый вязаный шарфик, мерит шагами дорожку перед десятиэтажным домом, с надеждой озирается по сторонам. Ждет. Угадайте кого.

Интересно, какой предлог она придумает сегодня.

Хорошенькая, что ни говори, девица. Теперь понятно, почему она одиноко грустила в том самом баре «Бегемоты и павлины». Странное название, безумный вечер, много пряного виски. Как результат – податливая любовница. Которую следующим утром едва удалось выпихнуть из квартиры. Вот же неугомонная! Ее бывший сказал при расставании, что задыхается рядом с ней. Что ж, неглупый мужик оказался, точно подобрал выражение.

Сиденья в «Кашкае» удобные. Сползти бы вниз, спрятаться за рулем. Когда-нибудь же она должна уйти. Как бы поступил в этой ситуации обычный среднестатистический мужчина? Сбежал на неделю к матери или другу? Ха. Пираты так не поступают. Но и пленных не берут. А обладательница красного пальто размахивает белым шарфом у подъезда третий вечер подряд, мечтая сдаться по собственной воле. Что же с ней делать?

Проблема в том, что девка, в общем-то, неплохая. Смазливая, добрая, в сексе чувственная и раскованная. Но удели ей больше времени, и невинное создание наверняка решит, что впереди свадьба, и, прости Господи, сменит пальто на белое платье. Красный цвет хотя бы издалека заметен. Ладно, делать нечего. В прошлый раз она забыла в квартире сережку. Становится даже интересно, как выкрутится на этот.

Черные ботинки коснулись асфальта, пальцы метнулись к воротнику и приподняли его, закрывая шею. Как же холодно! Порывистый ледяной ветер успел скользнуть за шиворот и пробежаться по позвоночнику. Брр-р. С каждым шагом яркое пальто становится все ближе. Девица стоит, ждет преданно, в глаза смотрит. Где ж ее родители? Сдать бы с рук на руки, была бы помладше.

– Вик, привет! – Она смущается.

Ага, дескать, случайно поблизости проходила. Тридцать пять раз в час мимо подъезда.

– Привет. А что ты здесь делаешь?

– Если бы у меня был твой номер, не пришлось бы каждый раз приезжать. А так – не накатаешься. Далеко мы живем друг от друга.

Первая хорошая новость за день.

– Что случилось-то, Алиса?

– Стыдно признаться, но… нигде не могу найти свои трусики. Как считаешь, я могла забыть их у тебя? Они очень дорогие и любимые.

– Ты уходила от меня без трусов?

– Не помню. Мы так быстро собирались в тот раз.

– Я поищу. Давай свой номер. Если найду, перезвоню.

Она быстро диктует номер.

– Сделаешь дозвон?

– Позже. Ты извини, что не приглашаю на чай, у меня много работы.

Почему-то язык не поворачивается обидеть ее. Пара грубых фраз, и девчонка бы убежала, рыдая. Но я так не поступлю с ней. О нет, опять этот наивный коровий взгляд из-под опущенных век. Что ж делать?

– Да, я понимаю. Вот, возьми, – протягивает она сверток.

– Что это?

– Там лифчик из набора. Ну, чтобы убедиться, что это именно то белье.

– Хитро придумала. Ну что ж, пока.

– Позвони, хорошо? Вик, у меня такого никогда не было, слышишь? Я бы хотела повторить.

– Возьми такси, Алиса, уже темнеет, а до метро идти далековато. – Приходится сунуть несколько купюр в красный карман красного пальто.