Вернуть себя

— Фиск, ты умный парень, — хоть слышать Фиску эти слова было и приятно, но он знал, что последует дальше, — Но ты уверен, что хочешь вновь подать в суд на дядю?

— Да, господин Некар говорил, что у меня есть шансы вернуть имущество семьи. — произнёс Фиск общественному юристу.

— Господин Некар немного не договаривал. То что я сейчас скажу ты рано или поздно всё равно узнал бы. В судах побеждают не те кто правы, а те кто богаче. — произнёс искренне сочувствуя пареньку Ловтир Жан, но лучше уж он откроет этому парню глаза на то как мир устроен, чем тот попадет в неприятности.

Жан уже не первый раз встретился с Эбенезером Фиском, это была их уже десятая встреча. И если вначале даже сам Жан считал, что шансы на возврат имущества был довольно высоким, то уже после первоначального расследования он понял, что без шансов.

Эбенезер Носил был родным дядей Фиска, после смерти родителей в ужасной катастрофе на монорельсе в пригороде Тритауна в которой сам Фиск чудом выжил получив всего лишь несколько переломов и сильное сотрясение мозга, Носил взял на себя опеку над мальчиком.

Но как оказалось сделал он это не из-за каких-то родственных чувств. Всё оказалось намного проще. Носил решил воспользоваться ситуацией и заполучить в свои владения больше трех тысяч квадратных аксов плодородной земли.

Стоило мальчику выписаться из госпиталя как он пользуясь шоковым состоянием мальчика подсунул на подпись документы о якобы консервации дома. На самом деле это оказалась дарственная на все имущество семьи Фиска.

В качестве свидетеля сделки выступил Анджей Маркуни, гадкий, слизький адвокат. В Тритауне все знали, хочешь узаконить незаконную сделку обращайся к нему.

Уже сотни раз пытались его привлечь к ответственности, но связи тянущиеся в столицу позволяли избегать наказания. Именно тогда когда Жан узнал о свидетеле сделки он понял, что шансов на победу в деле нет.

О чём он и рассказал Фиску на следующей встрече. Но парень настоял на передаче иска в суд. В целом результат оказался тем на который и рассчитывал Жан. Все заседание продлилось десять минут и в результате суд оправдал Эбенезара Носила в связи с отсутствием состава преступления.

Мальчик же вынужден был заплатить тысячу кредитов за издержки суда и пятьсот кредитов моральной компенсации за клевету на уважаемого землевладельца Эбенезара Носила.

Три месяца Фиск не получал свою стипендию, все деньги уходили на оплату судебных издержек и моральной компенсации. И вот спустя три месяца Фиск пришел опять.

Ловтир был обычным юристом из социальной службы юридической помощи малоимущим. И если уж кому и выступать против Анджея то точно не ему. Непосредственный начальник Жана после прошлого случая пригласил его в кабинет и пояснил, что не стоит идти на поводу какого-то мальчишки, не стоит беспокоить уважаемых людей.

— Значит без шансов? — спросил Фиск. Внешне Фиск не изменился после ответа Жана. Все такой же опрятный мальчик, с легкой улыбкой на устах и непередаваемо тяжелым взглядом. Если на миг забыть, что перед тобой стоит ребенок, то можно подумать о ветеране прошедшем десятки битв. Но теперь после того как Жан разрушил последние надежды парня что-то изменилось. Было как-то неприятно просто находиться рядом с ним, страшно, казалось, что смерть стоит буквально за углом. Жан даже на пару мгновений забылся и начал проверять через нейросеть записи камер за дверями кабинета. Естественно там никого не было, а потому он постарался взять себя в руки и повернувшись к лицу парня ответил.

— Я с этим делом не смогу никак помочь. Тебе нужен не общественный адвокат не имеющий никакого авторитета в суде, тебе нужен профессионал. Я могу тебе посоветовать несколько человек. Но даже чтобы они просто взглянули на твое дело надо будет заплатить не меньше десяти тысяч. — произнёс Ловтир, как бы ему было не жалко паренька, но вновь получать выговор от начальства да и проигрывать очередное дело он не собирался.

— Я понял, спасибо за помощь, — произнёс Фиск и начал вставать со стула.

— Фиск, прошу, не наделай глупостей, — произнёс Жан так как почувствовал, что парень решился на что-то.

— О, я не буду делать глупости. Я буду ждать пока «дядя» сделает глупости, — многообещающе произнёс Фиск. В его улыбке на миг мелькнула сильнейшая ненависть, отчего Жан слегка поежился. Жизнь у Ловтира тоже была не сахар, но он все же вырос в любящей семье, а вот парню так не повезло. Уже седьмой год как парень живет в детском доме.

— Будь осторожен, — произнёс Жан, — Если понадобиться моя помощь обращайся.

В ответ Фиск еще раз поблагодарил Ловтира и покинул кабинет. На самом деле Фиск и не рассчитывал на то, что ему удасться законным путем вернуть имущество которое принадлежало его семье.