Вернуть Боярство 6

Высоко в небесах, куда выше перьевых облаков, неспешно плыл самый настоящий корабль. Громада семипалубного линкора с неспешной грацией величественно рассекала небесную гладь, всем своим видом внушая трепет и чувство мощи. Из четырёх длинных труб валил серый дым, по палубе бегали, несмотря на мороз, достигавший минус пятидесяти градусов по цельсию, члены команды из числа чародеев — простым людям, не владеющим специальными чарами, было почти невозможно полноценно функционировать на такой высоте.

Корабль был совершенно новый. Последние девять лет на личной верфи Павла Романова строилась громада «Крушителя», в проект было вложено более полутора миллиардов рублей, и даже сам Маг Заклятий нередко работал над хитросплетениями магических систем этого своего детища. И ведь судно обошлось ещё относительно дешево благодаря наличию подавляющего большинства необходимых ресурсов на подвластных генерал-губернатору землях…

Восемь турелей, бортовой залп из ста двадцати орудий, зенитные орудия и две высокие мачты, одна из которых служила магическим радаром, вторая — специальным шпилем, через который можно было установить связь с прочими судами флотилии (из числа тяжелых крейсеров и линкоров, менее мощные воздушные суда не обладали связью) и резиденцией в Александровске, неярко переливающиеся на солнышке руны защиты от всевозможных существ вроде духов, демонов и прочей нематериальной гадости…

В команду входило четыре с половиной сотни членов экипажа плюс абордажная команда на чуть более тысячи бойцов. Два десятка Старших Магистров, полсотни Младших и сотня Мастеров, две с половиной сотни Адептов и более восьми сотен Учеников — элитные, самые верные и преданные Магу Заклятий чародеи, его личная дружина, каждый член которой был прекрасно обученным и экипированным ветераном, краса и гордость боевых сил Второго Императора.

Эти люди, выступи они в полном составе, запросто одолели бы и десяток действующих слаженно Архимагов. Ну может не запросто, с потерями — но одолели бы однозначно. Это была грозная боевая мощь, готовая к любым задачам, способная дать жару любому врагу, и до того они лишь раз участвовали в нынешнем конфликте с нолдийцами — во время крупнейшего сражения с рогатыми пришельцами, когда именно их десант, оказавшийся совершенно неожиданным сюрпризом для врага, сумел атаковать и почти захватить вражеский штаб.

В каюте, более похожей на полноценный зал, находились трое. Молчаливая Шестая Тень, сейчас стоящая позади одного из кресел, сам Второй Император и его дочь, за спиной которой и стояла Синицина. Тени были абсолютно преданы своему господину, и потому Павел Александрович совершенно не опасался вести при них беседы. Тем более нынешний разговор особо секретным назвать было сложно.

— На твоего любезного жениха совершено нападение, — спокойно сообщил тот дочери.

В изумрудных глазах зажглись опасные огоньки, но девушка умела контролировать себя, особенно перед лицом своего грозного родителя.

— Кто? Опять Игнатьевы? — спокойно поинтересовалась девушка. — Наверное, он снова оставил этих напыщенных снобов с носом? Сколько ты ещё намерен его испытывать?

— Едва ли это Даниил, — покачал головой её отец, доставая прямо из воздуха запотевшую бутылку с белым вином. — С ним проведена разъяснительная беседа, и он человек понятливый и неглупый. В отличии от твоего возлюбленного… Господь свидетель, я убежден в его могуществе в прошлой жизни, да и факты его глубоких познаний в различных областях магии на лицо, но вот его образ мыслей и импульсивность…

Маг Заклятий осуждающе покачал головой, наливая в сотворённый лёгким мысленным усилием ледяной кубок белый напиток. Совершенно обычный, почти без особых магических свойств, он был сделан из выращенного в личной оранжерее могущественного мага винограда. Не простого, разумеется… Но напиток, в отличии от того, что предпочитали многие могущественные чародеи, не был отборной, щедро сдобренной алхимическими ядами и наркотиками дрянью, которой смело можно было травить даже слабых чародеев.

Нет, «Сибирская Лоза» была весьма мягким напитком, с тонким букетом ароматов, приятно играющим на языке. Оранжерея осталась ещё от покойной матери Хельги и виноград они начали выращивать вместе… Да и первую бочку напитка заложили тоже вдвоем. Для могучего мага, способного пить большинство сильнейших ядов вместо водки, прогибать реальность волевым усилием и стоящим практически на самой вершине богатства, славы и власти этого мира данный напиток был памятью. Памятью и клятвой, данной им самому себе в день гибели любимой женщины. Обычно он предпочитал пить его в минуты успеха или редкие моменты, когда был предоставлен самому себе, но…

Глядя на уже выросшую дочь, он испытывал редкий для себя наплыв сентиментальных чувств. Надо же, как вырос этот комок белых волос с глазами-изумрудами… Уже и возлюбленного нашла, и ведет некоторые дела, осваивает свои особые силы и магию. Выросла девочка, выросла… Но всё ещё недостаточно, к сожалению.