Вернисаж

Алена Василевич

Вернисаж

Перевод с белорусского Б.Бурьяна И В.Машкова

Целую неделю мы с сестрёнкой спорили, ссорились и однажды даже подрались. Никак не могли решить, какой подарок лучше сделать маме в её день, Восьмое марта.

Сестра сказала:

- Я вышью маме салфетку. А на салфетке - котик лакает молоко из тарелки.

Вот! Котик лакает молоко. На салфетке! А потом этой салфеткой будут накрывать хлебницу...

- Ну, знаешь ли, я с твоим котиком есть хлеб из одной хлебницы не собираюсь! - возмутился я.

- А я тебе и не собираюсь его дарить, - насмешливо проговорила сестрёнка.

- Ясно, не мне, а маме. Но всё равно...

- А вот и не всё равно! Маме любой мой подарок понравится. Что захочу, то и подарю!

Она упёрлась на своём - не помогла даже сетка (обычная капроновая сетка, с которой мы ходим в магазин!). Сетка эта не раз служила мне, когда мама оставляла нас вдвоём с сестрёнкой и на меня возлагалась задача воспитания... А сегодня у меня не было времени заниматься её воспитанием: до праздника оставался всего один день, а подарка всё ещё не было...

И я пустился на хитрость. Сделал вид, что глубоко задумался, помолчал некоторое время, потом с самым серьёзным выражением лица обратился к упрямой сестре:

- Котик лакает молоко из тарелки - конечно, это неплохо. Но ведь и в прошлом году ты тоже вышивала маме котика.

- Нет, в прошлом году я вышивала зайчика!

- Гм-м... Вот видишь. А в детском саду у тебя тоже был зайчик?

- Нет, в детском саду, когда я была в старшей группе, я вышила для мамы вишенки. А в младшей группе вырезала красивый зелёный кружочек и наклеила на него малюсенькие красные кружочки... Не веришь, могу показать. Все мои подарки лежат в мамином столе. Мама говорит, что она их сохранит и отдаст мне, когда я вырасту большая...

Переспорить мою сестрёнку невозможно. Невозможно её и уговорить не делать того, что никому неинтересно.

- Ладно, ладно, - попытался я прервать Натку.

Но разве вы её остановите! Я и оглянуться не успел - сестра разложила передо мной папку со своими "сокровищами", как она называет собственное рукоделие.

Подумаешь! Тоже мне "сокровища"!

Письмо маме, когда мама лежала в больнице. Буквы печатные - и все шиворот-навыворот:

МАМА Я БЕЗ ТЕБЯ СКУЧАЮ

Непонятно, почему мама не порвала и не выбросила до сих пор эти каракули!

Кроме всяких вышивок и аппликаций были среди "сокровищ" и рисунки сестры. Ваза, похожая на ведро. Стол - все четыре ножки по одну сторону... Ну, а дальше пошли всякие зайчики, вишенки, котики... А вот локон волос, перевязанный шёлковой ленточкой: локон остригли у Натки, когда ей исполнился ровно год...

Я едва сдерживался: зачем маме понадобилось хранить этот хлам? Да ещё прибавить к этому мусору какого-то котика, который лакает молоко... Салфетка! Конечно, маме неудобно сказать Натке, что ей надоели вышитые котики и зайчики... Бедная мама!

Я, например... Я тоже делаю маме подарки на праздники. Правда, в прошлом году на 8 Марта я как-то и сам не знаю почему, но забыл про мамин день. А в день рождения мамы принёс из школы записку от учительницы. Подумаешь, на уроке дёрнул за косу Лорку-зубрилу, а учительница заметила... Зато уж теперь я решил сделать маме необыкновенный подарок! Только нужно придумать - какой же?..

- Знаешь, я не буду вышивать котика, - сказала вдруг сестрёнка, пряча в стол свои "сокровища". - Я передумала!

- А что ты будешь?

- Я подарю маме рисунок. Красивый-красивый. Как в музее, где картины.

- Рисунок?! - Я даже подпрыгнул от неожиданности.

И как это мне в голову не пришло! Мама ведь очень любит, когда мы рисуем и играем. (Натка играет на скрипке, я тоже немножко умею на баяне, но мама говорит, что я ленюсь.)

В прошлое воскресенье мы ходили с мамой в музей. Сколько там картин разных увидели! Возвращаясь домой, мама и сказала нам:

- Видите, дети, какую радость нам сегодня доставил музей.

Так почему же не доставить маме новую радость? Я ведь тоже могу подарить ей рисунок. И уж наверняка не хуже, чем у Натки, выйдет...

- Я нарисую маме птичку! - объявила сестра из другой комнаты.

Она уже раскладывала на столе бумагу и краски. Я не выдержал и крикнул:

- Подумаешь, задавака! И отдай, пожалуйста, мои краски. Я тоже собираюсь рисовать...

- Жадина!

- Я говорю, отдай!

- А вот и не отдам!

Ничего больше не говоря, я направился в переднюю, где обычно на гвоздике висит наша капроновая сетка-авоська.

- Всё равно не отдам! Всё равно! - захныкала Натка.

- Плакса-вакса-гуталин! На носу горячий блин! - передразнил я сестрёнку, как и всегда, когда воспитывал её.

- А ты... А ты!..

Но и мне и Натке вдруг надоело ссориться. Мы вместе засели за рисование. Ладно, пусть у неё будет птичка, зато я нарисую картину - зимний лес.

Через пять минут Натка спросила у меня:

- Ты скоро закончишь?

И так потом повторялось без конца: "Ты скоро... Ты скоро..."

Краем глаза я видел, что сама она стирала что-то резинкой, потом рисовала опять кисточкой, потом снова стирала и опять принималась рисовать.