Великолепная игра

   Артем раздражённо взглянул на содержимое промывочного лотка - опять пустышка. Четверо суток поиска, и ничего! Скоро банально есть нечего будет, а ведь если бы эти четыре дня он работал на пусть истощённых, но всё же реальных рудах Криадра, гарантированный минимум бы имел. В этот момент шум отвлёк Артёма, доносящиеся голоса были писклявы и малоразборчивы, так что Артём сразу понял - гоблины.

   Хорошо, что шумят и ругаются, - думал он, аккуратно складывая вещи, - раз шумят, значит, моих следов ещё не видели, иначе бы я ничего не услышал. Зелёные недомерки вечно скандалят между собой, но только если уверены в отсутствии противников, идя же по следу, ни единым звуком себя не выдадут. Значит нужно попробовать воспользоваться неожиданностью и напасть первым, - резюмировал для себя Артём.

   Пытаться оторваться от гоблинов Артём и не думал - слишком они быстры и вертлявы, здесь, на поросших бедным редким лесом каменистых холмах они его легко догонят. По голосам их 5 - 6, обычный состав для здешней охотничьей партии. Несмотря на то, что отдельный гоблин среднему человеку не противник, уже двое-трое могут быть опасны. Артём, конечно, не мастер боя, но всё же поопытней среднего воина, в прямой схватке и четырёх гоблинов убить сможет. А если напасть первым из засады, то и шестеро не проблема. Другое дело, если недомерки станут на след и будут гнать его, издали забрасывая камнями из пращей, - тогда хана.

   Артём, стараясь не шуметь, скользнул наверх, к краю увала, из-за которого доносились писклявые голоса гоблинов. Осторожно выглянул из-за камня и неприятно поразился: один, два, три... девять зелёных охотников шли по распадку ниже. Девять - это многовато... Шансы победить сомнительны, а что делать? Для гоблинов любой человек - это прежде всего великолепный, здоровенный кусок мяса. Оторваться шансов нет, надежды, что гоблины, спустившись ниже по распадку туда, где стекающиеся с холмов мини-ручейки сливаются в главный поток, не заметят следы Артёма, и главное - муть в воде от промывки, тоже нулевые.

   Мини-ручеёк, тёкший внизу, петлял от одного края распадка к другому, в результате чего склоны менялись от довольно пологих до почти отвесных, как и тот склон, из-за которого осторожно выглядывал Артём. Гоблины как раз проходили прямо снизу, и Артём решился - прыжок сверху, прямо на плечи одного из противников с одновременным ударом окованной медью булавы по голове другого вывел из строя сразу двоих. И, хотя удар булавой не совсем удался - булава скорее скользнула по уху, обрушившись на плечо гоблина, зато тот, на которого Артём спрыгнул, явно сразу отдал концы. Впрочем, это и не удивительно - гоблинский воин весом даже в 40 килограмм считался по гоблинским меркам тяжеловесом и богатырём.

   Артём же после приземления на гоблина отчаянно пытался удержать равновесие - инерция тащила его вперёд, прямо на скользкие камни ручья, на которых и в безопасной обстановке легко поскользнуться и упасть, а уж в бою... Напади сразу же уцелевшие семеро врагов, тут бы Артём и лёг, но те замерли ошеломлённые, всё же недаром они считаются одной из самых трусливых рас. И пусть враги замерли всего на секунду, этой секунды как раз хватило Артёму восстановить равновесие и махнуть палицей, стараясь достать стоящего справа гоблина. Вертлявый коротышка отскочил и, отчаянно вереща, бросился бежать. Ещё несколько гоблинов сорвалось с места и драпануло. Уловив краем глаза смазанное движение слева, Артём успел принять удар копья на свой небольшой, обитый кожей щит. Трое гоблинов всё же не побежали и теперь попытались достать Артёма. Но всего трое Артёму не противники. Первым умер противник с двуручным клевцом, сделанным из палки с перпендикулярно примотанным к ней заострённым рогом какого-то крупного животного. Вторым - вооружённый дубинкой, утыканной осколками обсидиана и звериными клыками. Третий, с копьём, отчаянно отбивался, оружие и природная вёрткость позволяли ему держать дистанцию.

   Шум и писклявые крики сзади подсказали, что часть беглецов пришла в себя от испуга и решила вернуться. Сообрази они обстреливать Артёма издалека своими пращами, было бы неприятно, но адреналин, сперва заставивший их безоглядно драпануть, теперь гнал гоблинов врукопашную. Впрочем, в этом как раз не было ничего удивительного - к перестрелке гоблины способны только в относительно спокойном состоянии, разъярившись или испугавшись они кидаются либо в рукопашную, либо в бегство, причём в затяжном бою рукопашные и бегство могут чередоваться не один раз.