Великий князь

  Молодой мужчина и юный недоросль лет этак четырнадцати-пятнадцати, схожие лицом так, как только и могут походить друг на друга родные братья, преодолели крутой подъем на крепостную стену славного города Тулы - после чего младшему тут же прилетел легкий подзатыльник:

  - Опояску поправь!

  Прогуляв вдоль высоких зубцов и вдоволь налюбовавшись видами окрестностей, братья наконец-то остановились.

  - Вот наш завод. Любуйся.

  - Ух ты! Экая красотища!!!

  Дозорный, прогуливавшийся невдалеке от тонких ценителей красоты, едва не споткнулся на ровном месте - потому что на его непритязательный взгляд, новые постройки, появившиеся всего с год назад за городской стеной, иначе как уродливыми назвать и нельзя было. Какая-то высоченная громадина, день и ночь извергавшая из своего нутра смрадные клубы дыма, несуразно большие амбары из кирпича с окнами такой ширины, что в них две телеги спокойно могли разъехаться - если бы те сначала как-то исхитрились попасть на высоту в две сажени, конечно. Лязг и постоянные громыхания чего-то явно тяжеленного, суета мастеровых людишек, натуральные горы железной руды и древесного угля под навесами, вереницы телег, что эти горы пополняли, непонятные строгости с охраной...

  - А куда готовое девают?

  - Вон тот лабаз видишь? Из него каждую вторую седьмицу большой обоз в Москву снаряжают.

  Правда, чего греха таить, были во всех этих переменах для горожан и хорошие стороны. Уклад , что выпускали царские плавильни, был, честно говоря, так себе - зато тульским кузнецам его продавали дешево и в любом количестве. Пускать на сабли или доспехи его запретили особым указом, зато наконечники стрел и сулиц, клевцы, железки рогатин и секир - это пожалуйста, за милое дело. Ножи, опять же, выходили неплохие. Не боевые, а так, по хозяйству чего порезать, хлеба или чего еще. Еще одним приятным обстоятельством было серьезное увеличение гарнизона и поместных войск - такое серьезное, что степные людоловы второй год предпочитали искать добычу подалее от Тульских рубежей. Такая легота дорогого стоила! Опять же, и трубу эту вонючую поставили так, чтобы дымила она исключительно от города, а не на него. Уж как только и исхитрились?..

  - Насмотрелся? Пойдем теперь поснедаем, а потом я тебе завод изнутри покажу.

  Проводив мужчину в кафтане царского розмысла и недоросля в одежке ученика долгим взглядом, дозорный сплюнул и пробормотал:

  - Ну-ну.

  Чуть больше чем через час его сомнения едва не оправдались, когда двое братьев подошли к воротам в высоком деревянном частоколе. Который, кстати, доживал последние свои дни, ибо каменных дел мастера уже готовились заменить дерево на крепкую краснокирпичную стену.

  - Куда! Назад.

  Увидев, как грозно шевельнулись острия бердышей, братья тут же остановились, после чего старший из них удивленно вопросил у воротной стражи:

  - Вы чего, меня не признали, что ли?

  - Тебя-то признали, Нафан Кондратич. А вон его нет.

  Звучно и укоризненно шлепнув себя по лбу, личный ученик самого государя-наследника запустил руку в странную плоскую сумку на боку, называемую довольно чудно "планшеткой", и извлек из нее небольшой листок. После чего безбоязненно подошел вплотную к троице сторожей и вручил им свою добычу.

  - Так. За успехи в учебе наградить Захарку сына Кондратия поездкой на Тульский железоделательный завод за казенный счет. Писано собственноручно в феврале года семь тысяч семьдесят четвертого от Сотворения мира. Две седьмицы назад, стало быть? Гм!

  Освидетельствовав дорогую бумагу с тиснеными яркой киноварью орлами и полюбовавшись на красивую, и в то же время невероятно затейливо-сложную тугру -подпись государя-наследника Димитрия Ивановича, старшой воротной стражи с неподдельным почтением вернул поистине драгоценный докумен.

  - Другое дело.

  Пройдя сквозь узенькую калиточку, они тут же направились к самому большому из амбаров - тому самому, из которого вырастала высоченная громадина трубы.

  - А ну постой, торопыга.

  Придержав младшего брата на входе в литейный цех, опытный розмысл взял из расположенного тут же короба два небольших тряпичных сверточка.

  - Помнишь про пыль вредную? Ну так надевай маску, да завязки потуже затягивай - не то с непривычки на кашель изойдешь. Да не той стороной надел-то! Вот теперь все правильно. Слушаю сюда - от меня ни на шаг, под ногами у мастеровых не путаться, ни до чего без спросу не касаться.

  Подождав, пока Захар послушно кивнет, старший рывком отворил дверь в раскаленное пекло:

  - Вот теперь пошли.

  Спустя полчаса дверь в литейный цех опять пришла в движение, выпуская на свежий воздух первого весеннего месяца двух братьев. Старший, если не обращать внимания на потеки и разводы пота на его лице, выглядел вполне достойно - а вот младший, с точно таким же блестящим от пота личиком, еще и дышал словно загнанная лошадь, поводя дурными глазами по сторонам.

  - Рассупонь одежку-то.

  - А?!?

  - Эк тебя придавило!..