Вела Сезон 1

Бывший капрал Асала Сику вытянулась на крыше крупнейшей в Хайяме фабрики по переработке водорода, легонько оглаживая подушечкой пальца спусковой крючок снайперской винтовки 18-100B. В прицеле мелькали данные, показывающие расстояние и скорость ветра, — прозрачная вязь перед глазом; Асала почти не замечала их, но считывала целиком. Щека слилась с прикладом, словно женщина и оружие были выточены из единого куска железа, и даже дыхание сбивало прицел не больше, чем на волосок.

На ее выжидающий разум плавно опустились строки из старого стихотворения неизвестного автора: «Песок так красен, небо — синее, но все не так, как дома». Сейчас над ней синело небо Хайяма — всегда синее, всегда безоблачное. И немое — пока что: Асала убавила звук у своих слуховых имплантатов. Военная карьера стоила ей слуха, но в случаях, подобных этому, когда необходимо было долго выжидать, глухота только обостряла все остальные чувства.

Внизу к фасаду Саммит-билдинг подъехала колонна президента Экрема. Сперва показалась его свита — разодетые в яркие цвета, как раз вошедшие в моду на Хайяме. Асала отметила их появление, но сама была сосредоточена на другом конце площади. Скоро появится ее объект…

Сканер считал движение глаза, и обзор в прицеле растянулся в стороны и сплющился, показывая весь проезд перед Саммит-билдинг. Если покушение на генерала и произойдет, то сейчас.

***

Асала пролежала на этой крыше девять часов — с тех пор как генерал Кинриг прибыла на Хайям и разместилась в гостевых апартаментах. Секунды сочились, генерал не выходила. К ней не раз пытались пробиться стайки протестующих экозащитников, но полиция с легкостью их разгоняла — это были хлипкие демонстранты, а не жаждущие славы самоиссушатели, донимавшие губернаторов на юге, к тому же они не стремились к насилию. Но если бы Асала планировала покушение на чиновника с Внешней планеты, а не предотвращала, то она бы дождалась… да. Этого самого момента.

Вышли приближенные генерала Кинриг и развернулись в парадном строе к Саммит-билдинг.

Вот оно. Движение. Кордон, перегородивший улицу на гребне холма… оттуда приближалась группа на скутерах, маленькая, но четкая в прицеле винтовки. Их больше десяти — слишком много, чтобы не представлять угрозы.

Асала замерла между вдохами, ожидая подтверждения, что это не заблудившиеся туристы или очередные протестующие. Дождалась практически сразу — на землю рухнул первый охранник. Они здесь, чтобы убить генерала, а она — чтобы их остановить.

Асала спустила курок.

Выстрел отдался в плече и груди. Она не слышала хаоса внизу, но ее пуля точно нашла цель — как всегда.

Вернее, цели. Вслед за ее наводящей пулей последовали другие — с треножников вдоль противоположной стороны площади, стреляющих согласно программам винтовки у ее плеча. Почти половина нападающих слегла сразу, а большинство оставшихся пошатнулись.

Здесь уже вступила в дело полиция Хайяма. Выжившие кричали и корчились под облаками нервного газа, пока над ними сверкали электрические заряды. Асала бросила последний взгляд в прицел — похоже, генерал не успела даже выйти на площадь, как ее спешно увели обратно. Кинриг была вне опасности.

Что-то беспокоило стратегическое чутье Асалы, она нахмурилась. Это убийцы совершили ошибку? Или это она что-то упустила в их плане? Она прогнала в мыслях все детали происшествия, но лишь подтвердила свое опасение: убийцам стоило наступать, когда генерал Кинриг будет в центре площади, на максимальном удалении от любого укрытия. Конечно, Асала сняла бы их раньше, но эту попытку покушения смогла бы предотвратить даже полиция.

Почему они напали так рано?

Она все вглядывалась в прицел, но — независимо от того, была это случайная ошибка дилетантов или выверенный план, — нападение явно завершилось. Остальное пусть зачищает хайямская полиция.

Асала с легкостью, выработанной за годы практики, убрала винтовку в чехол, включила обратно слух и направилась к наружной лестнице.

***

Асала невозмутимо перешла магистраль к Президентскому дворцу, по дороге к боковому входу прошла досмотр на двух охранных пунктах. После такого происшествия Экрем захочет с ней поговорить. Первые охранники забрали оружие, отметили у себя и положили в ячейки, а вторые передали ее на руки дворецкому, который учтиво попросил ее подождать в небольшом зале для аудиенций.

Она не садилась, по давней привычке фиксируя обстановку — даже здесь, во дворце. Зал был традиционно аляповатым, повсюду резьба по камню и пласт-ткань с сияющими изображениями солнечных вспышек и водопадов. Казалось, на Хайяме все посвящено либо одному, либо другому, хотя ни один урожденный хайямец не видел настоящий водопад вне картин. Вода поступала на планету либо изо льда, импортированного с Внешнего Кольца, либо после переработки водорода, высосанного солнечными комбайнами.