Ведьмачья сказка или практика для чародейки

Зима уже перевалила за половину, но недалекое наступление весны еще ничего не предвещало. Мороз стоял трескучий, как матюки Ламберта, его ненавидящего. К счастью, в Каэр Морхене моими стараниями теперь не сквозило, ну, по крайней мере, в обитаемых помещениях. Но до завершения ремонта все еще было далеко. Да, разваливаться цитадель крепости перестала, исчезли трещины и дыры в стенах и потолках, но большинство башен все еще были полуразрушены, а большинство внутренних помещений — не восстановлены. Самым значительным моим достижением стал большой зал. Укрепление здания и разборы завалов позволили убрать усиливающие балки и большую часть стащенных отовсюду предметов. Вымытые и вновь застекленные окна добавили так не хватающий свет в огромный зал, обновленные мебель и украшение стен, подсвечники, камин вернули залу былую величественность и порядок.

Помню, когда только закончила с ремонтом, я долго стояла и просто смотрела на то, каким был этот зал в свои самые лучшие годы. Особенно привлекли мое внимание восстановленные огромные фрески. Неизвестный мне художник не поскупился на пафос и размах. Сражающимся с монстрами ведьмакам с этих фресок позавидовал бы любой славный рыцарь без страха и упрека. Дольше всего я рассматривала эпичную битву сразу нескольких ведьмаков на конях с каким-то не то змеем, не то птицей. Впрочем, как пояснил Весемир, ведьмачья конница не прижилась, охотники на чудовищ работали поодиночке.

С ведьмачьими мутациями все обстояло и лучше, и хуже. Всю доступную информацию я изучила вдоль и поперек. Консультации с Весемиром из настоящего и прошлого мне очень помогали. Но моей целью было не простое воспроизведение процесса создания ведьмаков, и вот как раз с усовершенствованием формулы пока было туго. Все мои попытки сделать формулу безопаснее для жизни заканчивались не начавшись. Формула была слишком сложной и выведенной эвристическим путем. Так что даже сами создатели толком не нашли в ней закономерностей. И мои многочисленные бесплодные попытки что-то поменять все чаще приводили меня к мысли, что не просто так они остановились на достигнутом.

Зато с обезболиванием, как я и предполагала, дела пошли в гору почти сразу. Изобретатели ведьмаков, кажется, вовсе не заботились об ощущениях испытуемых, считая напрасной тратой времени заботу о чувствах мальчиков, большинство из которых умрет еще до того, как получит все нужные для ведьмака качества. Понять их, конечно, можно было, суровые времена требуют суровых мер, но простить — нет. Одни только мысли о мучениях ни в чем не повинных детей вызывали у меня содрогание.

Еще одной точкой приложения моих усилий, в которой я могла похвастаться некоторыми успехами, были перемещения во времени. Нет, перемещаться по своему желанию и переносить с собой других людей я пока еще не научилась, но с каждым новым скачком чувствовала, что сила мне постепенно поддается. Была, правда, и обратная сторона медали. Из-за моего активного овладевания способностью сила стала чаще спонтанно срабатывать. С одной стороны, больше практики — быстрее протекает процесс, с другой — каждое новое неконтролируемое перемещение — это неизведанная опасность. И хоть все уже знали о моем непредсказуемом даре (и даже прочитали мне лекцию о том, как плохо что-то утаивать от наставницы), все-таки мне очень хотелось поскорее обуздать свою силу, чтобы не зависеть от ее переливов.

Очередной «приступ» застал меня в лаборатории. Успешно подавив чувство тревоги, всегда возникающее в преддверии переноса, я отсрочила срабатывание телепортации сквозь время на несколько минут, необходимых мне для завершения дел. Только после этого достала и накинула куртку, подхватила книгу, по которой наметила пару вопросов для Весемира, и отпустила свою силу, дав ей четкие указания отправить меня к ведьмаку. Магия, как всегда, сработала не совсем так, как я хотела…

— Весемир? — удивленно крутя головой, позвала я.

Я оказалась в крохотной комнатушке, почти без мебели и без людей. Едва я оглядела помещение перед собой и позвала ведьмака, как почувствовала холодное острие у горла.

— Одно лишнее движение и ты умрешь, — голос молодого Весемира я узнала сразу, а вот его действия поразили меня до глубины души.

Прежде чем успела до конца осмыслить происходящее, я уже очутилась в противоположном углу комнаты и, наконец, не только услышала, но и увидела ведьмака. Правда, стоять и восторгаться моими способностями он не стал, а тут же пошел в атаку. Так что я, вскрикнув, вскинула руку и впечатала ведьмака в стену.