Ведьма и вампир

– Кто здесь?..

Дожила мать. Сама с собой разговариваю, и слышу смех в ответ – глюки, привет!

Повторяю как мантру: ночью надо спать, ночью надо спать – людям. А я не сплю, видимо я не человек.

Я медленно шла в темноте ночи по аллее аккуратно ставя ноги стараясь попасть на тротуарную плитку и плохо её различая в тусклом свете луны. Шла я на даче в домик задумчивости и долго не могла понять, вроде бы все спят, тихо кругом и людей не слышно, а природа беснуется, кошки мявчут, собака завыла! И птицы замолчали резко, а ведь только что шебуршали в кустах у соседей…

–А я не боюсь! – я храбро врубила свет в туалете и закрыла за собой дверь!

Это как в детстве под одеялом от монстров прятаться – помогает ненадолго. Хотя и знаю, что домик туалета у нас хлипкий, на честном саморезе собранный.

Обратно шла и луна светила уже мне под ноги: завораживающе красиво!

Остановилась на тропинке, подняла голову к небу и задохнулась в восторге от вида звёзд на ночном небе!

– Я ведь и сотой части не вижу из-за моей близорукости, а какая же красота!

Тихий смех над ухом заставил меня оглянуться и слегка присесть от страха – а за спиной никого!

Третий час ночи идёт. Ещё час после и уже можно напугаться Деда, потому что он рано встаёт и любит подшутить выглянув из окна покурить. А сейчас я одна не сплю. Если только кошки научились смеяться.

– Мне не очень страшно, но хотелось бы знать, кто здесь?– прошептала я.

– Что? – тихо, над ухом ответил голос.

Я резко вскочила и бросилась бежать в дом. Заперла все замки, включила свет, отдышалась и опять смех. Я точно сошла с ума!

– Я точно сошла с ума! Я сошла с ума, какая досада! А раз я сумасшедшая, буду учиться с этим жить! Где моя смирительная рубашка?.. – я достала ночную рубашку и решила переодеться, спать всё равно когда-то надо.

Тяжкий вздох и шелест за занавеской.

– Вот ты и попался! – я выглянула в окно, свесившись в наружу наполовину и снова никого не увидела.

– Ау. – кричать шёпотом не очень удобно.

– Ну, уж переодевайся, я отвернулся. – тоже шёпотом и тихо, вот реально, как в моей голове.

– Ты невидимка? – я вернулась в комнату, по-прежнему сжимая ночную рубашку в кулаке.

– Нет.

– Мальчик?

– Нет…

– Значит не буду переодеваться. – я села с ногами в кровать и увидела в кресле…

Мужчина? Парень? Красивый и сияющий!

– Наваждение! – вырвалось у меня.

– А чего не крестишься?

Я пожала плечами и улыбнулась нагло любуясь.

Он сидел, нога на ногу и ножкой ещё покачивает. Костюм в нашей глуши смотрелся вообще сногсшибательно, яркий и бархатный! Ботиночки на платформе.

– Ростом маленький ботинки на платформе носишь? – это я от страха и шока так заговорила, потому что обычно молчу!

–Нет, нравятся просто, как и остальное. Можешь померить, если хочешь.

– Не надо. – я, как всегда всё, что нравится, воспринимаю в штыки, а потом жалею – характер такой, несносный.

– А ты мне снился. – расхрабрилась я окончательно.

– Правда? Расскажи! – он придвинулся поближе и даже, как будто хотел присесть рядом со мной, но передумал.

– Мы играли, типа квест, это сейчас так называется, а тогда ты прятал записки, а я искала – помню гаражи и что-то такое, опасное.

Он откинулся и ободряюще смотрел на меня.

Вампир.

Сон был таким живым и даже радостным!

Его записки.

Самую первую я нашла в почтовом ящике, а вот потом пришлось побегать за остальными до самых сумерек – это единственное вечернее время, в которое меня отпускали гулять, до 20 часов. Потом уже темно и мама требовала, чтобы я была к этому времени дома. Я вся потная и пыльная с перемазанными чем-то руками, запрыгивала на гаражи и залезала в кусты и всё это ради записок с виньетками и такими красивыми буквами – от них я и сошла с ума, и даже пропустила все прогулки с подружками.

Запрыгнула на гараж и сняла с его крыши книгу: Брем Стокер, Дракула

– Ха, я же только что её читала!

Сверху прямо на книгу упала ещё одна записка

«33» – оглядываться во сне было бесполезно, там точно никого нет, я проверяла.

Я открыла книгу сидя на корточках на той же крыше и прочитала вслух текст с этой страницы:

– Помилуй Бог, профессор! – воскликнул я, вскочив. – Не хочешь же ты сказать, что Люси была укушена такой же летучей мышью, и что такая вещь мыслима у нас в Лондоне в девятнадцатом веке…

Он прервал меня знаком руки и продолжал: