Ведьма и Охотница

Ти поправила колокольчики у двери и коснулась их кончиками пальцев: по воздуху разлился нежный перезвон, похожий на дыхание весны. Легкие и невесомые, они защищали ее дом от незваных гостей. Девушка гордилась своей кропотливой работой: медные колокольчики ей делали на заказ (исключительно доверенные руки в городе), а руну она придумала и нарисовала сама веточкой клена. Чтобы уж точно обезопаситься от незваных гостей, Ти одним вечером уселась на вязаный ковер, в центре которого она сплела руну духовности — это было ее любимое место в доме, где можно было медитировать, придумывать чары или просто читать книгу с чашкой чая под потрескивание хвороста в камине, — и наложила на колокольчики чары от негативных воздействий извне. Понадобилась всего-то пара свеч с полынью, бирюза и подходящее заклинание, которое Ти, опять-таки, придумала сама.

На улице густо пахло цветущей яблоней и сиренью. Ти разгладила складки на платье чуть выше колен: оно было достаточно простенькое, тыквенного цвета с рукавами-фонариками, и подходило к ее длинным каштановым волосам, на солнце отливающим рыжим. Прически она делала редко, обычно на ночь, предпочитая перекидывать волосы за плечо, если они мешались при готовке или сборе ягод. На сгибе локтя висела корзина: когда она заполнится травами, орехами и ягодами, Ти возьмет ее в обе руки для удобства.

Девушка зашагала в чащу леса, приминая ботинками траву. Ее домик располагался на поляне — прелестное место, освещенное солнцем, где можно поваляться на траве или устроить пикник. Последний проходил в компании книг, пения птиц и иногда — бродячей черной кошки, которая жила в лесу и порой приходила к Ти полакомиться чем-нибудь вкусным и выпросить ласки. Друзей у девушки не было, но ее это не тревожило. В небольшой город, расположенный неподалеку от леса, она ходила по необходимости — покупала что-то в магазинах или продавала свои творения, ограничивая общение до «здравствуйте-до свидания». Особой популярностью пользовались ее чайные смеси: те, кто не верил в колдовство, охотно скупали их за вкусовые качества, а те, кто верил, еще охотнее запасались чаями на все случаи жизни и уточняли у Ти, как его заваривать и что при этом приговаривать.

Ти как раз пора пополнить запасы: сегодня, распахнув дверь в кладовую и расчихавшись из-за пыли, что облачком поднялась с полок, она обнаружила, что ей не хватает многих ингредиентов. Она уже сделала мысленную пометку собрать ночью лунную воду и взяла с собой деревянную флягу для родниковой. Гримуар в виде блокнота из искусственной кожи девушка оставила дома, полагаясь на память. Ингредиенты Ти использовала самые разные, но, вопреки предрассудкам, туда не входили конечности трехлапых жаб, лепестки кровоцвета, что распускается только в ночь растущей луны, и пыльца лесных фей.

За то время, что Ти провела в лесу, солнечный диск подполз к горизонту, и яркий свет сменился золотистым сиянием. Девушка вернулась на родную поляну и напоследок собрала урожай со своего садика — она выращивала там редкие травы, каких в лесу не встретишь. Из-за зарева казалось, будто домик с деревянной крышей и глазом-окошком охватило огнем.

— Мелисса что-то плохо растет, — пробормотала Ти, перебирая пальцами стебли.

Она прикрыла глаза, прошептала коротенькое заклинание и снова взглянула на хилые ростки. Они не выросли и не ожили за миг, чахлые листья не налились спелым зеленым цветом; собственно, этого Ти и не ждала. Магия — по крайней мере та, которой она промышляла, — так не работает. Вот через недельку-другую будет виден результат, и отправится он на соответствующие чаи, заклинания и даже смеси для ванн.

Ти поднялась, отряхнула руки, взяла полную до краев корзинку и зашагала к крыльцу. Она уже хотела толкнуть дверь, как наступила на что-то жесткое. Девушка быстро подняла ногу, испугавшись, что это какой-нибудь зверек — они часто тут шныряли, и Ти совсем не хотела ненароком кого-нибудь поранить.

У ее ног лежали треснувшие медные колокольчики.

В камине весело горел хворост, освещая зал с гобеленами на стенах, креслом-качалкой, в котором можно было с комфортом вытянуть ноги, и подвешенными под потолок сушеными травами. По-хорошему, пучки последних стоило вешать в кладовой, но Ти не отличалась педантичностью. В кружках часто засыхали остатки чая, склянки с заклинаниями1 валялись где попало, капли воска, которыми она запечатывала эти самые склянки, можно было найти в самых неожиданных местах, а разноцветная пряжа и нитки клубками и катушками валялись под столами и невысокими шкафами. Ковра, кроме того, что у камина, на полу не было: девушке нравилось ощущать деревянные половицы босыми ногами, а зимой, когда становилось холодно, она носила вязаные тапочки с подкладкой из искусственного меха.