Валькирии Восточной границы

— Чего встали⁈ Вниз! — бьет прямо в уши громкий крик и кто-то очень сильный дергает назад за воротник, трещит ткань, реальность переворачивается, небо с землей меняются местами и, прежде чем я понимаю, что происходит, все летит кувырком. Свет бьет в лицо, грохот выстрелов совсем рядом оглушает, сотрясает все тело, во рту песок и металлический привкус, я отплевываюсь, едва приподнимая голову от земли и что-то падает на меня сверху, прижимая вниз и заставляя снова впечататься лицом в грязный снег. Снег⁈

— Вниз! Голову вниз! Сейчас оно вернется, нам бы только чуток продержаться! — кричит в ухо голос и странная отстраненность охватывает меня. Я не понимаю, где я и что вокруг меня происходит, но волнение вдруг уходит, растворяется, делает все вокруг… странным. Сон. Я сплю. Как иначе объяснить, что я лежу на грязном снегу, вжимаясь телом и вздрагивая от близких разрывов? Что рядом со мной лежит крупный мужчина с землистым, некрасивым лицом в крупных оспинках, который вдавливает меня в этот самый снег и кричит на ухо чтобы я не поднимал голову и что достать может, что негоже барину сейчас в драку лезть, голову же оторвут, не приведи Господь, вы уж потом что хотите то и делайте, но сейчас лежите, умоляю Богородицей, лежите смирно, а то заметит…

Несмотря на причитания мужчины с землистым лицом, я отстраняю его руку и оглядываюсь вокруг, поднимая голову. Снег — вот что я вижу, много снега вокруг. Снег и кровь. Рядом, совсем неподалеку — метрах в трех — лежит тело девушки в серой шинели, парадного толка — с аксельбантами, ярко-красными вставками и золотыми пуговицами. Рядом с девушкой на снегу — винтовка с примкнутым штык-ножом, который больше похож на среднего размера меч. Винтовка необычно большого калибра, мелькает у меня в голове, ну да это же сон, чего тут только не случится. Золотые волосы девушки разметаны в стороны по грязному снегу, а половина грудной клетки разворочена от попадания чего-то крупнокалиберного. Ее застывшее в гримасе боли лицо и стеклянные, мертвые глаза обращены ко мне, она словно пытается что-то сказать.

Чуть дальше, сразу за ней, на одном колене стоит другая девушка в парадной шинели, но на голове у нее — высокая шапка из серого меха с золотой кокардой впереди, она поднимает такую же винтовку к плечу и стреляет куда-то вперед. От отдачи с нее слетает шапка и золотистые кудри рассыпаются по плечам. «Они что сестры?» — думаю я, глядя на волну золотых волос, что растекается по серой ткани парадной шинели. Интересный сон, думаю я, надо вставать и присоединяться к этому всему, грустно же если сейчас проснусь и не узнаю с кем мы тут воюем…

Я решительно откидываю руку мужчины с землистым лицом, краем глаза замечаю, что одет тот в шинель, но далеко не такую парадную как на девушках, что на мне тоже шинель и эта шинель другого цвета чем у девушек, что у меня оторван рукав, течет кровь, не сильно, но все же. Я ранен? Боли не чувствую. Как определить, что это сон? Я не чувствую боли, значит мне все это снится. И девушка, которая лежит на снегу, рассыпав свои золотые кудри, которую жалко. И ее сестра, которая стреляет из винтовки куда-то вдаль, передергивая затвор на своей большой винтовке и каждый раз вкладывая в патронник один патрон едва ли не пятидесятого калибра.

— Ваше благородие! — причитает мужчина с землистым лицом, но я уже встаю на ноги. Что может со мной произойти? Да ничего. Я же сплю. А может поймать шальную пулю и проснуться? — мелькает в голове мысль, но я тут же отбрасываю ее. Пока спится — буду спать. Как я тут оказался — не помню. Еще один аргумент в пользу того, что мне это все снится. Если вы не помните, как именно вы очутились в этом самом месте — значит вы спите.

Я встаю на ноги и оглядываюсь. С высоты собственного роста все выглядит совсем иначе. Девушка, которая лежит на снегу, глядя в пространство пустыми глазами — не одинока. Вокруг лежат несколько тел в таких же серых шинелях из хорошей ткани, серых шинелях с красными вставками, золотыми пуговицами и аксельбантами. Но их ранения… они словно разорваны на куски каким-то зверем или взбесившейся строительной техникой — переломаны и порваны как тряпичные куклы сердитым псом. Несколько девушек держат в руках винтовки и лихорадочно перезаряжают их, прикладывают к плечу и ведут огонь куда-то в туман. Туман? Да, вокруг туман, из моего рта также вырываются клубы пара… холодно сегодня.