В тени леса

Сработал автоответчик.

— Ульяна, если ты не ответишь мне, мы приедем и вскроем дверь! Ульяна, ответь нам!!! Мы знаем, что ты дома!!!

Ульяна никак не отреагировала на встревоженный голос отца. До него уже десять раз звонила мама и четыре раза — подруга Маша. Но их звонки не имели больше никакого значения. Она почти закончила. Вскоре жизнь начнется заново.

По возвращению домой Ульяна надеялась, что сможет жить дальше с грузом воспоминаний… Но её разум разрушался. Видения… в голове шумело от голосов… призраки приходили к ней во сне и наяву… снова и снова… он звал её назад… скоро он найдет ее…

От прежней Ульяны осталась тень: худая, страшная и наполовину седая. И каждый день, глядя на фотографии, с которых на неё смотрела веселая зеленоглазая красавица с чёрной до пояса косой, в Ульяне зрела решимость. Пора отрезать груз прошлого, а вместе с ним и часть души… то, что было когда — то дорого…

Как только последняя точка была поставлена, Ульяна устало разделила исписанные страницы на три части. В тот же момент листы исчезли, оставив после себя следы чернил на столе.

С отрешенностью Ульяна ждала того, что произойдет дальше. Будет ли это похоже на смерть или она просто уснет?..

Входную дверь выбили извне.

— Мать?!! — в комнату ворвался Саша, по пути раскидывая преграждающую дорогу мебель. — Что… что ты наделала?! — он схватил женщину за худые плечи и развернул к себе лицом. — Что ты наделала?! Отвечай!

Она виновато улыбалась и молчала. Разглядывала мужественное лицо Саши так, словно пыталась удержать в памяти его образ. Затем искра узнавания безжалостно погасла в её взгляде…

— Кто вы такой?..

Из чёрного рюкзака раздался Реквием Моцарта. Сидящая на качелях Катя вытащила красный мобильный и посмотрела на высветившуюся фотографию темноволосой и зеленоглазой женщины с узким красивым лицом.

— Блин! — отреагировала на звонок старшей сестры матери Катя и проворчала: — Ведьма она что ли?!

Таинственным образом тётя всегда знала, когда племянница ссорилась с мамой и убегала из дома. Впечатлительные родственники ей не в первый раз приписывали колдовские способности. Кто в шутку, а кто и всерьез считал, что она заключила сделку с потусторонними силами…

И если ей не ответить по телефону, то она начнет искать Катю по малоприятным источникам… может опозорить на весь университет…

— Да, тётя Уля…

— Добрый вечер, Рыжик, — словно голубка заворковала Ульяна. — Я тут подумала, у меня будут свободные выходные на следующей неделе, ты бы не хотела к нам приехать и протестировать с Димой игру, над которой работала моя студия?

— Тётя Уля… я…

Катя мучительно размышляла, какую придумать отговорку, чтобы не обидеть тётю отказом.

— Рыжик, у тебя что — то случилось? Тебя никто не обидел?

У племянницы мороз по коже прошел от интонации Ульяны, словно вместо голубки в ней проснулся ястреб. Иногда Кате казалось, что её тётя вполне способна убить человека, стоило только указать на обидчика пальцем.

— Всё хорошо, — тихо ответила Катя, скрипнув ногтем о цепь качелей.

— Тогда я тебя жду на следующих выходных. До встречи, дорогая.

Тётя отключилась, а Катя еще несколько секунд сидела с телефоном возле уха и слушала тишину. Когда раздался противный голосок: «Это я — твоя моя мама звоню…», девушка едва не свалилась с качелей и машинально ответила.

— Рыжик, иди домой, пожалуйста, — заговорила Света. — Тут Наташа пришла… я арбузик купила… как ты любишь… сладенький. Иди домой, котёнок. Я волнуюсь.

«Выгнала урода, значит», — подумала Катя, слушая редкие всхлипывания мамы.

Света была неплохой матерью, но у неё имелось два существенных недостатка: влюбчивость и неразборчивость в мужчинах. И когда другие видели неадекватного персонажа, Света была уверена, что встретила «великую любовь». С истерикой и скандалами мама Кати спорила со всеми, кто пытался её переубедить в обратном, но… стоило сделать всего один звонок Ульяне, как любовь испарялась, а «возлюбленный» выставлялся за дверь с вещами. Катя бы многое отдала, чтобы узнать, как тётя добивалась подобного эффекта, но Света никогда никому не рассказывала, о чем с ней говорила старшая сестра.

— Рыжик? Ты не обижаешься на меня? — напомнила о себе Света.

— Я приду, — недружелюбно буркнула Катя, отключаясь.

Поежившись от вечерней прохлады, она поднялась с качелей и направилась к пятиэтажке. Несколько уличных фонарей перемигивались, а со стороны стадиона раздавались пьяные разговоры и виднелись огоньки сигарет.

Катя не торопилась. При воспоминаниях о мерзких прикосновениях «возлюбленного» Светы, к горлу подкатывала тошнота… Катя машинально провела пальцем по экрану телефона, останавливаясь на фотографии тёти Ули. Душу подтачивал мстительный червячок. Позвонить. Пожаловаться. Натравить и посмотреть, что будет…

В подъезде перегорела лампочка, но задумывавшаяся Катя не обратила на это внимание, пока не услышала:

— Она подходит…