В поисках смерти

Глаза открылись медленно, с трудом. Тяжелая голова еле поворачивалась, в попытке осмотреться. Комната вокруг была пуста. Грязный пол, облезлые стены, мрачные тоннели, ведущие во все четыре стороны, запах сырости. Возможно канализация, или… Тюрьма!

Занак пришел в себя так быстро, как позволил его генетически усовершенствованный организм. Всего секунд пять прошло после пробуждения, а воин уже был в полной боевой готовности.

Только вокруг не было врагов. Не было никого.

Занак висел вниз головой, связанный по рукам и ногам. Через кандалы на запястьях и щиколотках проходили слабые разряды тока, становившиеся сильнее, если пленник пытался высвободиться. Механизм наручников реагировал на движения, заставляя жертву быть практически неподвижной.

При себе у воина не было ничего. Все вещи, с которыми его поймали, кроме черного термокостюма, одеваемого, обычно, под броню, были изъяты. По этим вещам Занак не будет скучать, ибо среди них не было ничего кроме драной одежды жителя пустыни. Появись он на поверхности планеты в броне и при оружии, его не стали бы брать в плен, а прикончили бы сразу.

Занак принадлежал к расе тринов. Все как один, представители этого народа были воинами. Прямо или косвенно. Каждый трин, будь то мужчина или женщина, проходил обязательную военную подготовку. Боевое обучение являлось частью культуры тринов и происходило ещё из тех времен, когда эта раса была молода и даже не грезила о выходе в космос.

При обыске сектанты поработали на славу и не упустили ничего. Разве что, они не посчитали нужным просканировать тело пленника на предмет имплантированных устройств. Об этом и так помнили не все, тем более мало кому придет в голову, что в тело обычного пустынного бродяги могут быть вживлены механизмы, с помощью которых можно не только выбраться из плена, но и натворить дел после.

Руки Занака были сцеплены за спиной. Если бы не было видно ноги, определить тип наручников стало бы проблематично, хотя, за свою долгую жизнь, агент побывал в различных тюрьмах и мог на ощупь распознать тот или иной вид кандалов.

Те, что были одеты на нём сейчас… Занак с досадой посмотрел на биометрический датчик по форме подушечки пальца. Наручники открывались если нужный человек приложит палец, и тогда ловушка выпустит свою жертву.

Жаль, но у Занака не было при себе ни нужного человека, ни его пальца. Но среди вживленных механизмов была игла для различного рода инъекций. Агент знал, если вставить иглу, так чтобы её кончик достал на платы, а после пропустить электрический заряд, исходящий от самих кандалов, то замок можно замкнуть и получить заветную свободу.

Игла располагалась в мизинце, потому как никто и никогда ничего не ждёт от этого пальца. Безобидный и маленький. Занак знал случаи, когда убивали человека одним пальцем, и это никогда не был мизинец. Именно поэтому, агент разместил смертоносную иглу в самом неприметном из них.

Игла выскочила из-под ногтя, после чего Занак стал ощупывать наручники подушечками остальных пальцев. Нужное место было между биометрическим датчиком и корпусом. Небольшой зазор, в который может пролезть игла. Если бы хватило её длины, или, если бы чертов мизинец оказался подлиннее. «Безобидный палец» — подумал Занак, совершенно спокойно, — «вдобавок, ещё и бесполезный». Некоторые ковыряют мизинцами в носу, но трин не имел такой привычки.

Забыв о старом плане, агент приступил к обдумыванию нового. Несмотря на сильную ограниченность в движениях, должен быть способ освободиться. Сколько Занак себя помнил, он почти всегда находил выход из подобных ситуаций. Надо сказать, что его нисколько не волновало, что он как-то умудрялся попадать в эти самые передряги. По большей части это происходило специально.

Век живи, век учись — так говорят у людей. Но чему можно научиться всего за сотню лет? Занак положил всю жизнь на военную службу и понял однажды, что не может больше заниматься чем-то другим. Не умеет. А с возрастом трин осознал, вдобавок, что жутко устал от своей жизни.

У расы воинов есть традиция, которой уже не одна тысяча лет. Воин, чьи годы в этом мире подходят к концу, должен отправиться в путь, на поиски своей смерти. Занак сделал так на свой девяносто шестой день рожденья, и вот уже четыре года смерть упорно скрывается от него. Одно сражение проходило за другим. Задание за заданием, враг за врагом. Никто и ничто не могло прервать жизненный путь старого солдата.

Занак вспомнил, как попал на эту пустынную планету. Здесь он надеялся осесть ненадолго, но услышал историю о том, что в пустыне пропадают люди. Ничего необычного, если бы в деле не был замешан таинственный культ, по слухам обладающий властью над жуткими монстрами.

Это было уже интереснее, и Занак, переодевшись в пустынного жителя, отправился в путь в надежде, что сектанты обнаружат его и схватят. Культистов воин не боялся, а вот на монстров посмотреть хотел. Хотя бы на одного.